Новые поступления в Театральную библиотеку

Присутствует намёк на ненормативную лексику

На конкурсе «Любимовка» в далёком 2012 году пьеса была удостоена эпитета «Новый «Ревизор».

Автор искренне хотела бы для «Обхода» судьбы «Ревизора», то есть не подпольных читок и постановок, а премьеры в присутствии «императорской семьи». (И автору, кстати, очень жаль, что тогда, в её дебютный год, ридеры Любимовки выбрали только «Обход», и ни одного текста «про крылышки и любовь».)

Итак… В одном Городе вот-вот должен состояться первый в истории Международный турнир по лапте. Всё Руководство Города, Сам с Замами, «работают» на этот турнир. И периодически ходят в обходы территорий – проверяют степень готовности объектов. И вот…пришло время подвести итоги очередного обхода, но на пороге кабинета Самого вдруг появляется какая-то бабушка с какой-то там справкой, по которой она может получить квартиру за умершего супруга-ветерана ВОВ…

P.S. Реальная бабушка из реальной жизни автора, квартиру всё-таки получила.

P.P.S. К сожалению, автор сама была свидетельницей тому, как по итогу подобного обхода мэра-неназванного-вслух-города за одну ночь может быть полностью уничтожено одно из любимых кафе горожан, имеющее архитектурную и историческую ценность (скорее всего), а на его месте очень быстро будут возведены два «человейника». И всё равно… Родину нужно любить и защищать. В том числе… от таких вот «Самих» с замами.

Здесь, в Библиотеке Сергея Ефимова, представлены два варианта пьесы, с двумя разными финалами. Что касается мата… Тогда, примерно в 2011, один из «бывших» администрации Города, прочитав, сказал: «Всё так и есть, только матерятся в 10 раз больше.» Автор ответила, что умышленно сохранила намёк на мат только одному персонажу. Иначе…

Комната Че – это дальний уголок памяти, куда мы загоняем самые сложные и неловкие воспоминания. Там встречаются прошлое и настоящее, этапы взросления и былые связи, все то, что не принято показывать в идеальной жизни, отраженной в соцсетях.

Но именно воспоминания из Комнаты Че порой формируют будущее. И теперь новому воспоминанию, оказавшемуся там, предстоит разобраться, почему жизнь его хозяйки покатилась под откос и что ей на самом деле нужно, чтобы стать счастливой.

День рождения Алисы, только что вернувшейся из двухлетнего путешествия, собирает в ее квартире старых подруг. Вечеринка кажется предсказуемой, пока среди подарков не обнаруживается окровавленное ожерелье. Попытки понять, кто послал его и кому оно предназначено, показывают, что верные жены, добропорядочные домохозяйки и тихие хранительницы семьи не так уж безгрешны и жестокое преступление может скрываться в прошлом каждой из них.

Пьеса для шести актеров. Три актрисы играют одну героиню в трех возрастах любви, а три актера играют одного героя в трех возрастах любви. Иногда они будут встречаться между собой, точно так же как мы встречаемся с собой зрелым в молодости, а в зрелости – с собой молодым. Особенно тогда, когда атмосфера заряжена радиоактивными элементами.

История о том, как бывшая жена приходит к бывшему мужу погрустить у могилки брака, а там – цветущая клумба новой любви, праздник взаимности и надежд. И она тут даже не третий лишний, а суповая кость в кастрюле с компотом. Который помешивает хвостом кот – удивительное животное, знающее про людей больше, чем они сами.

Это история Али Барановой, молодой невзрачной девушки, мечтающей стать актрисой, работающей костюмером в маленьком Московском театре. Её жизнь кардинально меняется, когда судьба сводит её с известной писательницей бульварных романов Адой Бранд.

Современный пиар требует открытости личности автора. Пожилая женщина с искалеченным телом и судьбой, Анна Андреевна, пишущая под псевдонимом Ады Бранд, не может позволить себе такой роскоши.

Анна Андреевна предлагает Але Барановой сыграть роль Ады Бранд, тем более что девушка всегда была ярой поклонницей её творчества. Теперь, когда Анна Андреевна понимает, что финал её жизни уже близок, она, помимо творческих амбиций, благодаря Але, хочет прожить свои последние дни не только в качестве вымышленных героинь на страницах своих романов.

Но Аля не вымышленный персонаж – она живая девушка из крови и плоти. Жизнь слишком отличается от созданных нами произведений. В жизнь невозможно вписать счастливый финал – она сама диктует свои условия.

Однажды Бог (или ещё Кто-то, отвечающий за физику и прочие земные науки) просто взял – и лишил человечество электричества.

Человечество быстро приспособилось, просто поменяв приоритеты с электрических чайников и гаджетов на оружие и свечи. И придумало легенду о том, что при определённых условиях свет вернётся.

Бывший блогер Торн (а до блогерства он определённо работал ещё кем-то…) не то, чтобы безусловно верит в легенду. Но идёт к Свету. На этом пути ему встречаются бывшая геймер Сивилла, бывший хакер (просто Чёрный Хакер), Хозяйка гостиницы, Доктор… И все они, кажется, всё знают про его и свои роли в легенде. И легенда, кажется, вовсе не легенда, а инструкция.

Новый Свет хотят прибрать к рукам все, кто обладает властью в новом мире. И чем ближе Торн к цели, тем больше стрельбы.

Но, оказывается, что единственное условие для возвращения Света – Любовь.

«Горын и Морская» – это мелодраматическая антиутопия. Три сюжетных переплетающихся и дополняющих друг друга линии.

Где-то в пустыне есть Город, о котором никто не знает, и где люди живут строго по прописанным правилам. Главный герой – сын могучего Атланта – мечтает вырваться из этого города, но его держат символ власти – труба крематория, огромный засов на воротах, а также, кроме того, – любовь к Морской. Но вот однажды в Городе начинают происходить необъяснимые события.

Пьеса Мережковского «Романтики», написанная на сюжет из семейной хроники Бакуниных (в тексте – Кубаниных), в центре которого – молодой романтик-максималист Михаил, была принята к постановке в Московском Художественном театре в 1915 г., однако в августе 1916 г. К. С. Станиславский и Вл. И. Немирович-Данченко пришли к решению отказаться от «Романтиков», найдя в пьесе «привкус спекуляции возвышенными идеями». «Романтики» были поставлены осенью 1916 г. Александринским театром.

Конфликт пьесы строился на противопоставлении чистого душевного мира детей, девочки и мальчика, из обеих семей несправедливому, злобному миру взрослых, разделенных непримиримой враждой, что и дало, вероятно, основание критике провести аналогию между этой пьесой и… «Ромео и Джульеттой» Шекспира. Любопытно отметить, что в годы реакции во время второй мировой войны «Загубленная весна» была запрещена к исполнению, так как якобы искажала «дух солидарности», обязательный для соседей, а тема чисто детской любви, зарождающейся между двенадцатилетним Фудзиноскэ, сыном аптекаря, и четырнадцатилетней Кимико, дочерью податного инспектора, была сочтена неуместной сентиментальностью и попросту вредной.

«Красильня Идзумия – прямой отклик на реальные события, потрясшие всю прогрессивно мыслящую японскую интеллигенцию. В 1910 году был арестован выдающийся социалист Котоку Сюсуй и группа его единомышленников, а в январе 1911 года он и одиннадцать его товарищей были приговорены к казни через повешение (остальные тринадцать человек отправлены на каторгу) по сфабрикованному полицией обвинению о готовившемся покушении на «священную императорскую особу». Излишне говорить, что «Красильня Идзумия», напечатанная в журнале «Плеяды» спустя всего лишь два месяца после казни Котоку, никогда не шла на сцене, хотя сам Мокутаро Киносита впоследствии утверждал, что его единственной целью при написании пьесы было передать настроение тихой предновогодней ночи, когда густой снегопад подчеркивает мирную тишину и уют старинного провинциального торгового дома, так резко контрастирующий с тревогами его обитателей. И все же, каковы бы ни были субъективные намерения автора, «Красильня Идзумия» может считаться первой попыткой национальной драматургии вынести на подмостки нового театра социальную проблематику Японии своего времени.