Авторы: А: Арутюнов Герман

Пьеса представляет собой глубокое экзистенциальное исследование природы творчества и трагедии человеческой нелюбви. Известный сказочный сюжет Г. Х. Андерсена «Свинопас» размыкается изнутри и превращается в сеанс безжалостного психологического самоотчета самого автора. На сцене разворачивается двоение сознания: идеальный, ладный Принц-Свинопас выступает карающим альтер-эго своего создателя — нескладного, долговязого писателя, запертого в теле «богомола».

Через три временных пласта — чумную Вену 1679 года, Копенгаген 1841 года и автобиографические флешбэки — автор проводит зрителя к страшному и великому закону сублимации: истинное искусство, подобно жемчужине в раковине моллюска, рождается только из терзающих плоть мук и тотального дефицита взаимности. Спасением от ледяного идеализма ума становится площадная, «ничейная» простенькая песенка, оказавшаяся сильнее самой чумы.

Пьеса-притча «Время в ладонях» — это интеллектуальная драма на стыке египтологии, ноосферной философии и метафизики времени. В центре сюжета — реальная, но уже ставшая мифом судьба русского художника и иконописца Михаила Потапова. Обладая уникальной пассивной памятью (монадическим подключением), он с детства помнит свою прошлую жизнь в солнечной Амарне XIV века до н.э. при дворе фараона-реформатора Эхнатона.

Пока двадцатый век грохочет пятилетками, циркулярами и директивами, Потапов совершает тихий бунт против диктатуры потока времени.

Пройдя через допросы Лубянки и десятилетний ад ГУЛАГа, он выживает благодаря «внутреннему солнцу» Атона. Это история о сакральном каноне точности, в котором верность земной детали становится единственной антенной для связи с Вечностью, способной замкнуть время в ладонях.

Пьеса-притча «Навстречу огню» — это интеллектуальная драма на стыке античной философии и современной квантовой физики. В центре сюжета — великий мыслитель Эмпедокл из Агридженто, опередивший свое время на тысячелетия.

Пока античный мир поклоняется внешним формам богов и погряз в политической борьбе, Эмпедокл открывает волновой код Вселенной и пытается спасти человечество от косности.

Но готов ли полис принять чистый огонь свободы, или толпе привычнее оставаться в безопасных каменных раковинах своих тиранов? Это история о трагедии гения, силе космического резонанса и великом акте возвращения домой.

Что произойдет, если превратить старинный купеческий музей в мощный энергетический маховик? В подмосковной Коломне ежедневные, доведенные до автоматизма ритуалы кондитерского цеха и театрализованные экскурсии истончают преграду между веками. Молодой исследователь аномальных явлений Константин Гратис остается в музее на ночь, чтобы зафиксировать искривление времени. Он сталкивается лицом к лицу с духом основателя фабрики — купцом Чуприковым, вернувшимся на зов возрожденной мечты. Но главным испытанием для ученого становится не встреча с неизведанным, а разгадка природы кадра, прожженного на матрице фотоаппарата. Эта камерная пьеса — глубокое философское исследование скрытых резервов человеческой психики и доказательство того, что силой мысли человек способен сотворить чудо.

Экспозиция и завязка: Спектакль открывается монологом московского купца XVII века Конрада Нордермана на обломках разрушаемой в 1934 году Сухаревой башни. Держа в руках петровский кирпич, он объявляет, что башня стояла на пепле великой и трагической идеи. Действие переносится в юность силезского поэта Квирина Кульмана, в которого бьет первая испепеляющая «молния» пассионарности, исцеляя его от немоты и превращая в пророка.

Развитие действия: Кульман, нареченный «Силезским Христосом», путешествует по Европе. Его пламенные речи смущают умы, а пугающе точные астрологические расчеты заставляют королей и кардиналов покупать «страховку у вечности». За ним, сгорая как пепел, добровольно идут женщины. В это же время в Москве 17-летний царь Петр открывает для себя «обитаемую геометрию» Немецкой слободы и клянется силой выскрести из России вековую грязь и лень.

Кульминация: В 1689 году Кульман прибывает в Москву с воззванием о мире без рабов и господ. По доносу пастора его с Нордерманом бросают в подвалы Преображенского приказа. В подвале разворачивается ключевой философский спор трех сил. Монументальный Патриарх Иоаким (бывший офицер Иван Савелов, чью семью выжгла чума 1655 года) заявляет, что Русь — это заповедный ковчег чистой веры, а эликсир познания Кульмана — смертоносный вирус. Петр, напуганный призраками стрелецких бунтов, соглашается: держава строится на страхе, а не на стихах. Кульмана сжигают в срубе.

Развязка и финал: Петр возвращается из Европы и «застраивает свой страх». Вместе с Брюсом и Нартовым он возводит Сухареву башню — каменный ковчег наук и ремесел, Университет труда. Действие прорывается сквозь время в XVIII век, к масонам Ивана Лопухина на «Острове праведников». Нордерман связывает петровский кирпич башни с масонским символом «дикого булыжника», который каждый человек обязан обтесать силой воли, и бросает финальный вызов зрительному залу.