Главная

Российский литературный журнал, выходит с 1982 года.

Публикует пьесы российских и иностранных писателей, театральные рецензии, интервью, статистику постановок.

До 1987 назывался альманахом и выходил 4 раза в год, с 1987 это журнал, выходящий 6 раз в год, а после 1991 снова 4 раза в год.

Главный редактор — Андрей Волчанский.
Российский литературный журнал «Современная драматургия»
Все номера
Авторы
О журнале

О кризисе душ и времен. «Zoofellini (Интернет и ТВ времен Римской империи)» П. Гладилина в театре «На Юго-Западе»

Петр Гладилин, по его словам, писал эту пьесу двадцать лет. Откладывал, а завершил в несколько дней. Казалось бы, она о кризисе СМИ, о катастрофе с достоверностью информации в эпоху электронных коммуникаций. Но нынешний худрук “Юго-Запада” Олег Леушин поставил спектакль не столько даже о кризисе умов и душ, а о том, как человек, что называется, за что боролся, на то и напоролся...

Петр Гладилин в своей обычной манере написал фантасмагорию. В данном случае — с почти фееерическим сарказмом используя и пародируя стилистику и исходный прием фэнтези в смеси с “альтернативной историей”.

Самые забористые и дразнящие реалии нашего времени перенесены во времена Юлия Цезаря и Брута. Допустим, в эпоху расцвета имперского Древнего Рима там были Интернет, ТВ и все технологии современных нам электронных СМИ и виртуального распространения информации. И естественно, это не просто “технические технологии”. Это и нынешние приемы, и принципы создания и распространения информации — в том числе троллинга и фейков и всего, что связано с методиками манипулирования массовым сознанием.

В анонсе от театра так прямо и говорится: “Актуальная премьера для тех, кто не выпускает из рук смартфон, бездумно листает новости “ВКонтакте” и постоянно обновляет ленту в Facebook. Фанатам телевизионных сенсаций и видео в You Tube посвящается... Это спектакль-взрыв. Взрыв сознания... Обо всех, кто попал в медиарабство. О тех, кто создает современный Интернет и телевидение. О медиабоссах и офисном планктоне. Сознанием человека можно управлять. И это научный факт. Даже не факт, а давно работающая отлаженная система… “Теория заговора” против человечества? Банальная погоня за рейтингом и наживой?..”

Вроде бы все правда. Гай Юлий Цезарь (Сергей Бородинов) — в борьбе за власть, а потом на вершине успеха — и от всей души помогающий ему сенатор Тарквиний (Денис Шалаев) используют все самые грязные технологии современных манипуляторов информацией. Их ТВ-программы и все подвластные им интернет-каналы препарируют и подают реальные и выдуманные события исключительно в выгодном для Цезаря ключе.

В борьбе с Цезарем молодой, набирающий силу и популярность политик Брут (Владимир Курцеба) использует те же технические средства. Но борясь за “правду и истину”, за “честность и справедливость”, в своих ТВ- и интернет-каналах и программах ему приходится применять все те же медийные технологии. Ибо это — борьба за рейтинги!

Напомним: такие методы современных СМИ и делателей информации, развитые до беспредела, в простейшем виде складывались в древности. Те, кому приходилось просматривать много текстовых материалов из времен Древнего Рима, знают: реклама и анонсы гладиаторских боев или зазывы рыночных торговцев по манере и стилю очень напоминают их современные аналоги.

Да, в пьесе Гладилина и в спектакле Леушина внятно показано, как перелицовываются события в информационной подаче. Как реальные события подменяются выдуманными. Рейтинг самой информации становится самодостаточным, он важнее, чем рейтинг реального события. Древнеримские магнаты ТВ и Интернета вместе со своими подручными манипулируют не картиной реального мира, а выдуманным миром. Чем больше о чем-то говоришь, тем оно кажется все более реальным и все более важным и — модным! Брифинги, пресс-конференции, вбросы пафосно поданных ложных сообщений, ТВ-дебаты с перекосом и передергиванием в одну сторону... В сюжете “Zoofellini” целая линия посвящена некой козе. Это выдуманный персонаж. Но о ней поступает все больше увлекательной, прямо-таки забойной информации. А уж когда сообщено, с кем ее якобы скрестили!.. И все это успешно отвлекает умы от истинных дел, проворачиваемых Цезарем. И о том, какие дивиденды на этом зарабатываются...

Но не эта саркастическая картина, так знакомая нам по нашим дням, втягивает в спектакль все сильнее и сильнее — хотя и не сразу. Гораздо интереснее то, как это сделано.

Пьесы Гладилина, в исходном материале которых точно уловленные приметы и сюжеты реальности, нельзя ставить “по натуральному быту”.

И режиссеру (он же сценограф) Олегу Леушину не понадобились декорации натуральных зданий, офисов, ТВ-студий и прочего. Пустое темное пространство. В лучах света, темпераментно, интонационно очерчивающего-рисующего игровое пространство каждого эпизода (художник по свету Вячеслав Климов), возникают персонажи, обликом напоминающие и космонавтов, и современных полицейских в полном облачении, и хоккеистов. Дело в том, что художник по костюмам Ольга Иванова нарядила персонажей действительно в современную хоккейную униформу. Но она удивительным образом оборачивается облачением древнеримских легионеров — шлемы, защитные лицевые щитки, поножи, наручники, панцири. Длинные фонарики — они и ликторские жезлы, и студийные микрофоны, и дубинки.

Очень точно найденными мизансценическими перестроениями, порой похожими на элементы хореографии contemporary-dans или авангардного балета, Леушин создает полное ощущение того, что мы в ТВ-студии или на брифинге. Или в тайном закутке, где Цезарь и Лициний плетут очередной заговор. Выглядит это и очень внятно, и очень современно — странная смесь техно-рока и кибер-панка. При этом перед нами очень точно понимаемый и реализуемый тотальный театр в самом минималистском своем варианте. Cоздается это действо по законам музыкальной гармонии (отдельный плюс Михаилу Короткову за подбор музыки и Марии Рыжковой за звуковое оформление).

И при этом перед нами полноценный театр психологического реализма. Здесь важны даже не точнейшие современные реалии всего того кризиса СМИ и общественного и индивидуального сознания, схваченные и переданные Гладилиным в его странном, полуметафорическом, полуиздевательском тексте. Здесь важны вписанные в этот сарказм и все более учащающиеся к финалу вкрапления внутренних вопросов, задаваемых себе персонажами в каждый переломный и критический момент событий.

Эти внутренние вопросы к самому себе становятся все более острыми и пространными. Хотя внешне — все тот же победительный накат оголтелого и соблазнительного вранья. Дуэты, трио, ансамблевые и массовые сцены... Манковый квартет “медиа-муз”(Елена Шестовская, Ольга Авилова, Любовь Ярлыкова, Алина Дмитриева), пластика которого зажигательна и сама по себе, и в “партнерстве” с креслами. Они — “ТВ-креативщики” — помогают Тарквинию и Цезарю в разработке программ. Наглые и язвительные пролазы-репортеры (Александр Шатохин и Фарид Тагиев). Преданный, истовый в своем служении мудрый интриган и искуситель — Тарквиний (Денис Шалаев показывает его как верного прислужника, но и как манипулятора своим хозяином). Романтичный и открыто напористый поначалу, но все более трезвеющий и пропитывающийся цинизмом реальности, но не желающий принимать этого ни в жизни, ни как изменений в себе самом Брут (Владимир Курцеба очень точен в показе-проживании этих противоречий в душе персонажа).

И сам главный движитель всего — Цезарь. По ходу спектакля нам все более интересна в нем (как и в прочих персонажах) его рефлексия по поводу происходящего вокруг и в нем самом. Переоценка себя и своих побуждений. Настигающее его разочарование на вершине успеха. Все идет так, как он хочет и планирует. И в то же время он все острее ощущает, что не властен над высшей сутью событий, и душа его разочарована.

Тот, кто все время полощется сам и полощет других в грязи, тот, кто ее постоянно изливает в быт и в души, почему-то очень тоскует по чистому и светлому, романтично-возвышенному и небесно-духовному. И жаждет насладиться и возвыситься чистой любовью. Хотя бы для себя... И Цезарь призывает Валерию (Алина Дмитриева) воплотить собою чистое и возвышенное чувство. Вроде бы так все и происходит. Но как теперь отличить правду от вымысла, подлинные чувства — от имитации, поэтику жизни и любви – от житейской и душевной грязи?

Под занавес спектакля звучат совершенно уже катастрофически-издевательские слова: “Говорит и показывает Всевышний!..”

В последних пьесах Петра Гладилина все чаще звучат нотки проповедничества. Они вполне органично вписываются в материал и проблематику его пьес. Постановщик Олег Леушин и театр “На Юго-Западе” столь же убедительно и органично завершили такой ноткой-намеком свой спектакль.