Хороший террорист
Тетерин Виктор


Трагикомическая пьеса

Действующие лица.

Сергей – студент, житель общаги, подрабатывает журналистом.
Антон, Санёк, Валерий, Дима, Илья – студенты, тоже жители общаги, работают в разных местах.
Елена – студентка, москвичка.
Марина, Аня, Наташа – знакомые и подруги, студентки.
Участники пьянок и тусовок, тоже студенты. Разные: мажоры, металлисты и т.д.
Следователи, первый и второй.
Спецназ.
Неизвестная девица.
Продавцы магазина (молодая и старая).
Жители города.

Действие первое.

Сцена первая.

Стол в комнате общежития. На столе пивные бутылки, пепельница с окурками, остатки еды, лужи из под напитков. Сцена представляет собой комнату общежития, стены увешаны разными постерами, исписаны матерными лозунгами.
За столом четыре человека: Сергей, Санёк, Дима, Валерий.

Сергей. Накати ещё по одной?
Все ( с одобрением). Да, да, конечно.

Наливают себе в рюмки и выпивают.

Санёк. Хорошо пошла, курва.
Валерий. Я тут смотрел кино недавно, «Положение вещей» называется, по-моему. Очень прикольный, такой знаете-ли философский.
Антон. Ребя, давайте брутал устраивать!
Дима. Может не надо?
Антон. Надо!

Подходит к стене, срывает с неё постер какой-то кинозвезды, поджигает его и махает перед носом.

Антон ( с удовлетворением). Воот,идолопоклоничеству конец!.

Сергей. Дурак! Где я теперь этот постер возьму?
Антон. Да всё равно он дебильный был. Я тебе Бритни Спирз подгоню, с вот такими сиськами (показывает).
Дим, что грузишься?
Дима. Что-то всё вчерашний фильм вспоминаю. Помнишь, там чехи нашим головы отрезали!? Вообще пиздец.
Антон. Пиздец, я с тобой согласен. Надо их всех мочить, а то они совсем охуели.
Сергей ( с горечью). Да…, фильм конечно не голливудский. Народ, у нас же нет будущего! Вот так же возьмут и зарежут, как свиней.

Смотрит в зал.

Блин, на улице-то совсем темень.

Антон (стоит перед обломком зеркала, ковыряясь в зубах). Серёг, ты прав абсолютно. Но! Делаешь ложные выводы из истинных посылок. Твой исконный пессимизм не даёт тебе поглядеть дальше собственного носа. Мне кажется, что у нас отличные перспективы.
Сергей. Умереть в скором времени. Ты погляди вокруг! Что вообще вокруг нас творится, ты видишь? Ладно уж мы – жрём растворимую лапшу, нажираемся дешёвым портвейном… (швыряет пустую бутылку в стену).
Все. Эээй, потише!
Сергей(продолжая). Подруг у нас нет, работы нормальной тоже – ничего у нас нет, кроме вот этого (обводит рукой сцену).
Антон(с назиданием). Богач не тот, у кого много, а тот – кому хватает.
Сергей. Всё слова! Софистика чистой воды.Нас здесь учат летать, а не приземляться.Знаешь:

В гордую нашу столицу
Входит он – Боже спаси! –
Обворожает Царицу
Необозримой Руси…

Дима. Это ещё что?
Сергей. Гумилёв. Стихотворение «Мужик». Вполне приложимо к Путину.
Антон. А, вот оно что…А другой знаешь:

Да, ура! – За царя! – Ура!
Восхитительные утра
Всех, с начала вселенной, въездов.

Сергей. А это что?
Антон. Марина Цветаева. Но это я так. Я ж не монархист. Просто в голову пришло.

Отворачивается и смотрит на стену.

Сергей. Всё-таки ты меня не убедил. Я говорю, что мы в жопе, а ты мне стихи про царя толкаешь.
Антон. А кто начал-то?! Вообще, по-моему мир устроен довольно примитивно – девки, деньги, детки. А потом – смерть. Так что – живи сейчас, радуйся каждому моменту. Надо, кстати, за пивом сходить…
Валерий. Народ, ну что за мозгоёбство! Давайте допьём и закончим эту мудодень. Кстати, где музон-то?

Включает магнитофон, лежащий на столе, начинает играть песня «Иванушек».

Валерий. Воот, другое дело, сейчас попрыгаем. Где девчёнки?
Дима. Сейчас, схожу позову.

Выходит. Оставшиеся снова наливают, чокаются.

Антон. За нас.

Все выпивают, закусывают.

Сергей. Всё - таки, перцы, вы меня не переубедили - в жизни смысла нет…
Антон (смеясь). И в этом её смысл.
Входит Дима, с ним приходят Марина, Наташа, Аня и Елена.
Магнитофон играет песню «Руки Вверх»: «Ну где же вы, девчёнки?».

Антон (с воодушевлением). Воот, теперь и попрыгаем! (Закатывая глаза. ) Девушки, я лишь о вас мечтаю.
Дима. Так, Маринку, Наташку и Аньку мы все знаем. А она (указывая на Елену) – Лена, однокурсница Аньки, москвичка.
Сергей (подрываясь). Садитесь, девушки, садитесь. Ждали только вас. Ещё пиво есть.

Валера – Антону. Смотри как он сразу подорвался, видать на чиксу запал. Сейчас проверим. (Громко.) Лен, можно тебя спросить одну интимность?
Елена.(с недоумением). Можно, спрашивай.
Валерий. У тебя парень есть?
Елена. Есть, а что?
Валерий. Да так, я просто хотел стать твоим принцем.

Кто-то смеётся. Дима обнимается с Мариной, Санёк с Аней, Антон заигрывает с Наташей, Сергей пьёт пиво, уставясь в стену.

Елена(обводя комнату взглядом). У тебя есть все шансы. А кто здесь живёт?
Сергей. Я с Валерой.
Елена (смотрит на него пристально). Интересно.
Сергей (пытается застегнуть расстёгнутую весь вечер ширинку). Меня зовут Сергей.
Елена (смеётся). Очень приятно.
Сергей. Мне тоже. Нет, на самом деле. А вы…ты… Ты где учишься?
Елена. На юридическом.
Антон (прикалываясь). Всё, теперь у нас крыша есть.
Сергей. А я на архивиста. Это просто тихий ужас.
Антон. Громкий, я бы сказал.
Валерий. Тош, не подъёбывай человека.
Сергей. Ещё статьи иногда пишу.
Елена. Я читала.
Сергей. А как?…А-а… шутка.
Елена.Да, только неудачная. Знаешь:

Нам не дано предугадать,
Как слово наше отзовётся, -
И нам сочувствие даётся,
Как нам даётся благодать…

Сергей. Пушкин?
Елена. Нет, Тютчев.
Антон. А я думал, Лимонов (смеётся).

Сергей и Лена пристально смотрят друг на друга. Все продолжают заниматься своими делами. Дима с Мариной уже валяются на полу, Аня и Санёк на диване, Аня сидит на Саньке верхом. Играет песня Битлз «Yesterday». Антон целуется с Наташей, Валерий пьёт пиво с независимым видом, презрительно глядя на окружающих.

Сергей. Предлагаю тост!

Всё. Давай, давай.
Сергей. Давным-давно жил один человек…
Антон (в сторону). Вот, опять за старое.
Сергей. …Один раз шёл он по полю, присел под дерево отдохнуть. И тут пришло ему время умирать. Смерть короче пришла и говорит: «Пора тебе сдохнуть». А он, ессно, умирать не хотел и отвечает ей: « Можно я проживу хотя бы столько лет , сколько листьев на этом ободранном дереве». Смерть: «Ессно нельзя. Это слишком много». Мужик: «А сколько веток у дерева?» Смерть: «Тоже нельзя». Мужик: «А корней?» Смерть «Тоже много. Можешь прожить столько, сколько у тебя настоящих друзей». Мужику ничего не оставалось делать, как выбрать этот вариант, и он тут же умер.Так давайте выпьем за то, чтобы у нас было много настоящих друзей!
(Косясь на Елену) И подруг!

Все ( с гулом одобрения) выпивают.



Сцена вторая.

Сергей выпивает с мажорами, стоя около института на «Сачке».
Мажоров пять-шесть человек, одетых "модно", пьют дорогое пиво. Сцена представляет собой курилку, расположенную перед входом в институт. Вдоль стен стулья, на стенах - плакаты новых фильмов. Все люди распадаются на несколько группок, трепются, курят сигареты.

Сергей. Я вчера смотрел фильм Антониони "Подруги", его ещё раньше в СССР запрещали.
Первый мажор. Кого - Антониони?
Сергей. Нет, этот фильм.
Первый мажор. Неа, это не круто. Я вот вчера себе новую "раскладушку" Мотороловскую взял - вот это вещь. Такая вся серебристая, с наворотами - класс1
Второй мажор. Подумаешь, класс - "Нокиа" новая круче. И вообще продвинутый пипл постоянно на "Ерикссоне" крейзится.
Первый мажор. Мне всё равно на чём твои недоноски циклятся, мне вот отец сказал недавно - как закончишь школу, куплю тебе новый "Ниссан".
Сергей (иронично). А что ж не "Мерс" сразу?
Первый мажор. Да, он у меня жадный, как сволочь. Я ему говорил, мне мол уж перед людьми стыдно за мой "Наф-наф", надо хотя бы "Боско" носить, а он - нормально, нормально…

Все замолкают, сосредоточенно плюются, смотрят на проезжающие перед ними машины (в зал).

Второй мажор. Вот, это я понимаю. "Лексус" машинка что надо. У моего дяди такая же.
Первый мажор. Неа, "Ягуар" круче всего. На ней и девочек снимать легче… Кстати, кто идёт за пивом?

Все смотрят на Сергея. Сергей смотрит в потолок, что-то насвистывая.

Первый мажор. Серёг, давай ты, а? У меня просто горло болит, мне на улицу нельзя.
Второй мажор. Ага, а я машин боюсь.
Сергей. А пиво, что тогда пьёте?
Первый мажор. А что ж ещё делать? (Смеётся). Не учиться же. Ну давай, ну… Сдача там тебе будет.
Сергей. У меня деньги есть.
Второй мажор(смеётся). У нас тоже.
Первый мажор. Не хочешь не надо.
Сергей. Давай схожу, только сначала вам стих один прочитаю.
Первый мажор. Чего? Стих? Ну давай, валяй.

Сергей (декламирует):

Снег навалил. Всё затихает, глохнет.
Пустынный тянется вдоль переулка дом.
Вот человек идёт. Пырнуть его ножом –
К забору прислонится и не охнёт.
Потом опустится и ляжет вниз лицом.
И ветерка дыханье снеговое, И вечера чуть уловимый дым –
Предвестники прекрасного покоя –
Свободно так закружатся над ним.
А люди чёрными сбегутся муравьями
Из улиц, со дворов и станут между нами.
И будут спрашивать, за что и как убил, -
И не поймёт никто, как я его любил.

Первый мажор. Мда…это ты о чём?
Второй мажор. Интересное зрельице.
Сергей. Да, так вспомнил.
Второй мажор. Ну, ты идёшь?
Сергей. Как обещал. Давай лавандесы.

Первый мажор даёт деньги и Сергей уходит.

Первый мажор(второму мажору). Вот придурок… стихи читает.
Второй мажор. Из деревни, сразу видно.

Первый и второй смотрят в зрительный зал, машут кому-то рукой, кричат " Андрей, Руслан, мы сейчас", докуривают и уходят за кулисы.

На сцену выходит Сергей, в руках у него пакет с пивом.
Он оглядывается по сторонам, вокруг стоят прежние люди, кроме первого и второго мажора.

Сергей. Куда они снова?… Тем лучше, как говорится.

Садится на стул, начинает пить пиво. В этот момент на сцену выглядывает человек в косухе, с металлическими прибамбасами.

Металлист (радостно). Серёга! Ты здесь откуда?
Сергей. Я здесь живу. А ты откель?
Металлист. Ищу Прута, ты его не видел?
Сергей. Неа.
Металлист. А что это у тебя? Пиво никак?
Сергей. Угощайся. Спасибо мажорам.
Металлист. С козла молока. Ты как?
Сергей. Да, так… Ранен любовью смертельно, еле волочусь. (Усмехается.)
Металлист. Понятно. А мы сегодня на концерт "Арии". Есть тяга? Будет круто.
Сергей. Неа, нет. Я на свидание.
Металлист. С Ленкой что-ли?
Сергей. Неа, с бутылкой.(Смеётся).
Металлист. Одно другому не мешает.

Пьют пиво, смотря в зал, потом смотрят по сторонам, играт какая-то попсовая музыка.

Металлист. Тьфу, ну и фон здесь. Скоро хаер выпадать начнёт.
Сергей. Я тоже тухну…Хочешь стишок прочитаю.
Металлист. Ох уж ты наш Лермонтов.(Вздыхает.)… Ну давай. Раз уж пиво.
Сергей. Тогда не буду.
Металлист. Хорошо.
Сергей. Тогда буду. (Смеётся.)
Металлист. Тогда я не буду. Давай лучше о музыке покалякаем. Слушай, я тут недавно на концерте "Раммштайна" был… вот это вещь!!! Зажигали не по-детски прямо! Такую тёлку там зацепил!
Сергей (вздыхая).И ты про то же… Лучше что-нибудь про апологию христианства расскажи.
Металлист. Апо… Чего? Ладно, не разводи меня, тоже мне Эйнштейн.
Сергей. Я ещё круче.
Металлист. Как яйца в кипятке. (Смотрит на часы.) Блин, Серёг, звиняй, мне пора на тусу. Если что, к нам подваливай на "Молодёжную".
Сергей. Да, покедова… Нет, не смогу, спасибо.

Сергей остаётся один, сцена постепенно пустеет, кулисы начинают сдвигаться, Сергей декламирует.

Два зарева! - нет, зеркала!
Нет - два недуга!
Два вулканических жерла,
Два чёрных круга
Обугленных - из льда зеркал,
С плит тротуарных
Через тысячеверстья зал
- Дымят - полярных.
Ужасные! Пламень и мрак!
Две чёрных ямы.
Бессонные мальчишки - так -
В больницах: Мама! -
Страх и укор, ах и аминь…
Взмах величавый -
Над каменностию простынь -
Две чёрных славы.
Так знайте же, что реки - вспять!
Что камни - помнят!
Что уж опять они, опять
В лучах огромных
Встают - два солнца, два жерла,
Нет - два алмаза -
Подземный бездны зеркала:
Два смертных глаза.

Кулисы закрываются.


Занавес первого действия.




Действие второе.

Сцена первая.

Сергей и Илья сидят на лавочке посреди улицы и пьют пиво. Мимо изредка проходят люди. У соседнего дома горит фонарь. Около лавки стоит урна.

Сергей. Понимаешь, Илюх, я ей нравлюсь, и она мне… очень. Мы с ней уже несколько раз… переспали (отхлёбывает из бутылки).
Илья(улыбаясь). Говорите точно, сколько раз.
Сергей. Опять твои дебильнейшие шутки.
Илья. Извини.
Сергей.Но у нас что-то в последнее время не ладится. А я её люблю. Никогда такого не было. А теперь вот… Я даже стихи такие сочинил:

Твоё сердце радостно плакало,
Ты смотрела на небо при всех.
Как замедленно пальцы сплетала ты,
Как тебя целовал я наспех.

Ничего не останется больше,
Ничего не сберечь, не пропить.
Я тебя больше всех обожал бы,
Я тебя больлше всех бы любил.

Я уехал в свой город немаленький,
Ты в огромной Москве всё жила.
Эти разности нас ненавидели,
Как обычные жизни слова.

Всё - непросто,
Всё - ненужно.
Ты - как остров,
Я - ненужный.

Море волнуется раз,
Море волнуется два.
Я пью пиво у парка,
Вспоминаю тебя иногда.

Илья. Дебильные стихи.

Сергей. Может быть. (Молчит.) Так что же делать-то?
Илья. Да, чёрт его знает. Мой тебе совет не парься.

Звонит телефон. Илья берёт трубку.

"Да, это я. Да, помню.Да, не забуду. Целую, люблю тебя". Вешает трубку.

Илья. Это Машка звонила, мы сегодня с ней на "Норд-Ост" идём.
Сергей. Аа, понятно.
Илья. Так что, вот тебе мой совет. Любовь - вообще, понятие довольно призрачное, я например её никогда не ощущал… Ну может так, немного.
Сергей. Как это - немного?
Илья. А вот так. Любишь девушку, но не настолько чтобы из-за неё страдать. Во всём нужна мера. А так - никаких нервов не хватит.
Сергей. Жаль, я так не могу.В данном конкретном случае.

У Ильи снова звонит телефон.

"Да,да помню.Иди ты знаешь куда! Сволочь, только деньги мои тратишь! Ещё раз позвонишь мне - я тебе язык вырву и в сим-карту засуну!"
Кладёт трубку в ярости.

Илья. Вот сволочь!
Сергей. А кто это? И как это - в симку?
Илья. Да откуда я знаю как. Это Нинка была, достала уже. Сначала деньги из меня сосала, а теперь ещё и шантажирует - говорит, что любит меня.
Сергей. Это же прекрасно.
Илья. Да,какой прекрасно, когда она уродина такая. Никто не ведётся - вот она и ко мне, и ко мне… А ты говоришь - любовь. (Усмехается.)
Сергей. Это другой случай. Может мне всё начистоту с ней, а? А то мы ещё таких вопросов не обсуждали.Она наверное боится просто, ждёт от меня первого шага?
Илья.Начистоту… (Усмехается). Я вашу ситуацию не знаю, могу что-нибудь плохое посоветовать.Хотя - давай, попробуй.
Сергей. Иногда мне кажется, что вся наша жизнь уже кем-то спланирована. а от тебя, твоего личного мнения ничего не зависит. Ничегошеньки(Бьёт кулаком по скамейке).
Илья. Ну почему- ты же сейчас вот пиво пьёшь, а можешь встать и пойти домой, или на свиданку.
Сергей. Да не, ты не понял. Ни хера ты не понимаешь.
Илья (обиженно). Да, я не понимаю, а ты понимаешь.Да кто ты такой?! Писака хренов,журналистишка продажный, а я - я уже бизнес свой между прочим имею! Даром, что на три года старше! Какая на хрен любовь! Запомни - жизнь проста и не требует усложнений. Алгоритм прост - или да, или нет. Это тебе не объектно-ориентированное кино, тут все объекты - ты да я. Да пара шлюх ещё, которые нам портят настроение и нервы.

Молчат.

Илья. А что собственно ты хотел?! Я тебе что психоаналитик? К нему обращайся! Пристал тоже - не могу, люблю её, да пошёл ты!

Илья бросает бутылку и уходит. Сергей сидит тупо смотря в стену, потом достаёт мобильник, набирает телефон и звонит психоаналитику:

"Алё, да, мне бы психоаналитика. Нет, не депрессия. Нет, не комплекс… Да. несчастная любовь. Чтооо! Сколько?!". Медленно кладёт трубку. Снова смотрит перед собой, где-то играет "Полковнику никто не пишет" Биплана.





Сцена вторая.

Сергей и Елена сидят в ночном клубе и ужинают. Интерьер клуба минималистский, с элементами богемности. На стенах развешаны старе фотографии, подсвеченные неоновыми фонарями. Звучит «Электрический пёс» Аквариума, потом другие песни этой группы.

Лена. Блин, какой-то концерт беспонтовый.(Обводит сцену взглядом.) Да и клуб тоже.
Сергей. А меня прикалывает. Лен, у нас в общаге снова чёрт-те что творится. (Со смехом.) Антон на днях переспал с полузнакомой девкой, а вчера она пришла с ментами и искала его, говорила, что он её изнасиловал. Хорошо, что его не было. Теперь прячется по знакомым, придётся наверное платить этой девке, чтобы заявление забрала. Сколько раз я ему говорил - попадёшь ты когда-нибудь со своими связями беспорядочными!

Лена молчит.

Сергей (рассматривая кружку с пивом). А Димка недавно пивом отравился, купил в ларьке сиську «Очка», а на следующий день с кровати едва вставал, и то, чтобы до сортира доползти. (Продолжая рассматривать кружку). Ну что Лен, так и будем молчать?

Лена (декламирует):

Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.

Сергей. Ну хватит придуриваться. Почему ты не ответишь на мой вопрос?! (С наигранным смехом.) Я уже начинаю сомневаться.
Лена. Да потому что, я тебя не л-ю-б-л-ю!
Сергей (ошарашенно). Подожди…Это как? Это почему? Так же… нельзя.
Лена. Очень даже можно. Ты на себя посмотри (Сергей глядит на себя). Ты же нищий беспонтовый лузер. Ты же идиот, будильник на букву «М»!(Со смехом):

Как ни тяжёл последний час –
Та непонятная для нас
Истома смертного страданья, -
Но для души ещё страшней
Следить, как вымирают в ней
Все лучшие воспоминанья…

Сергей молчит (понурившись. Вдруг резко поднимает голову). А как же все твои слова?! Все твои «люблю»? Все твои «хочу»? Все эти обещания?
Лена. Тут ты в точку. Я сама была какая-то крейзанутая какая-то, хорошо мне люди глаза открыли. Сам подумай: какие с тобой перспективы? В лучшем случае мыкаться всю жизнь по коммуналкам, а то и тухнуть у тебя в провинции. А может ты вообще – альфонс?
Сергей. Да иди ты!
Лена (со смехом). Шучу, шучу. Для этого ты слишком честный. (Декламирует):

«Не дай нам духу празднословья!»
Итак, от нынешнего дня
Ты в силу нашего условья
Молитв не требуй от меня.

Сергей. Лена, умоляю, перестань цитировать своего Тютчева.
Лена. Ради тебя – всё, что угодно.(Встаёт.) Ладно, пошла я. Да, и концерт всё же беспонтовый.

Уходит.

Сергей сидит и тупо смотрит в стену. Играет «Город» Аквариума. Сергей подзывает официанта.

Сергей. Ещё водки, двойной. А лучше графин сразу давай.



Сцена третья.


Сергей идёт по улице, таща за руку какую-то накрашенную девицу в мини-юбке. Он сильно пьян, девица тоже. Девица упирается и не хочет идти, Сергей тащит её, при этом временами спотыкаясь.

Девица. Ну, Сереженька, отпусти меня. Ну пожалуйста.
Сергей. Сначала ты мне отсосёшь, сука.
Девица. Урод. Я сейчас заору.
Сергей. Ори!
Девица орёт. Караул! Насилуют! Люди!
Сергей (оборачиваясь и ударяя её). Ну что, сука, созрела наконец. (Зажимает ей рот, она брыкается, он ударяет её.) Не трепыхайся, бля. Все вы такие, подстилки.
Девица что-то мычит.
Сергей. Вставай на колени. Встань, я сказал! (Девица встаёт. Сергей, держа её левой рукой за плечи, правой расстёгивает ширинку). Ну пизда, сейчас ты у меня отсосёшь. Ты-то мне стихов не будешь читать? Аа?! (Нагибается и заглядывает девице в лицо). Аа?! Я тебя спрашиваю, ты шлюха, знаешь Цветаеву или нет?

Девица изловчилась и ударяет Сергея между ног. Сергей сгибается и опускается на пол, держась за пах. Девица с криком убегает.

Сергей (отдышавшись, медленно поднимается). Вот сука, убежала блин. (С сожалением.)Чуть не отпялил её.

Идёт, медленно переставляя ноги и потирая межножье. Подходит к окну. Из окна раздаётся звук радио, передают новости.

Радио: «Сегодня в 13.00 в Москве в Чистопрудном проезде в здании детского сада ╧ 1523 были захвачены заложники. Преступник, ворвавшийся с гранатой в руке, захватил и удерживает 15 человек детей и двух воспитателей. Его требования – миллион доларов и вертолёт с возможностью беспрепятственно улететь. Сейчас с преступником ведутся переговоры. К зданию детского сада стянуты спецназ и собр, оно оцеплено милицией. Мы будем держать вас в курсе событий». Начинает играть песня В.Петкуна из мюзикла «Нотр-Дам».

Сергей (медленно светлеет лицом). А вдруг получится? (Декламирует).

О девушки! О мотыльки на воле!
Вас на балу звенящий вальс влечёт,
Вы в нашей жизни, как цветы магнолий…

Но каждая узнает свой черёд
И будет корчась, припадать на ложе…
Все станете зверями! Тоже! Тоже!

Сергей улыбается и уходит за кулисы.

Занавес.

Действие третье.

Сцена первая…

Интерьер ночного магазина. Вдоль стен витрины с продуктами, продавцы со скучающим видом. Первая: старая толстая продавчиха. Вторая: молодая, накрашенная, не толстая. Играет какое-то попсовое радио.

Старая. Что-то опять никого нет. Слыхала, Тань, сегодня опять заложников захватили.
Молодая. Да, слышала. Совсем обадели. (Зевает, прикрыв рот). Сейчас снова тот алкаш припрётся за добавкой…. Третий раз, как обычно.
Старая. Ох, спились мужики совсем.

Врывается Сергей (пьяный, растрёпанный, в руке большой нож, громко кричит). Так, это захват заложников! Все на пол! На пол, живо!

Продавщицы переглядываются и плюхаются на пол.

Сергей. Так руки за голову! За голову, я сказал! (Подходит к молодой). В маге есть ещё кто-нибудь? Есть или нет, я спросил?!
Молодая. Нету, нету, никого нету.
Сергей. Отлично. (Себе.) Так что ж теперь делать-то? Надо ментов вызвать и этих…представителей властей. (Заложницам). Не брыкайтесь, я сказал! Где у вас верёвки? И скотч где?
Молодая (лёжа на полу). Вот там .(Показывает.)

Сергей берёт моток верёвки с витрины, связывает сначала молодую, потом старую, заклеивает им рот.
Сергей. Вот так… чтоб не визжали.
Кто-то (какой-то посетитель) ломится в дверь.
Сергей. Закрыто, закрыто, здесь захват заложников. Эй! Мужик, чего хотел?
Мужик(пропитым голосом). Да, водочки бы мне.
Сергей. На бери. (Даёт ему литр «Гжелки»).
Мужик. Спасибо, спасибо тебе, мил человек. Будешь? (Щёлкает себе по горлу.)
Сергей. Нет, нет , не сейчас. Сейчас занят.
Мужик. Ну, как хочешь. А эти? (Показывает на заложниц.)
Сергей. Эти – тоже нет. Уйди отсюда.
Мужик. Уже ушёл. (Уходит.)

Сергей смотрит на часы.

Сергей.Что ж они… не едут? (Берёт бутылку текилы с прилавка, открывает, пьёт залпом).
Ну вот (вытирая рот), и попробовал наконец-то, текилку. Ничего. (Достаёт мобильник, набирает номер). Алло? Да,да, милиция? Я тут заложников захватил. Двух женщин. (Оглядывается назад.) Да, женщин. Да, да, приезжайте скорее. Улица Ленина, 19, в подвале. (Кладёт трубку в карман.) Сейчас, сейчас, приедут.

Сергей стоит, ждёт. Нервничая, иногда прикладывается к бутылке текилы, пока не допивает её. Выкидывает её, подходит к прилавку, заметно покачиваясь. Берёт коньяк, но потом кладёт на место, вместо него берёт Миллер.

Сергей. А теперь лучше пивка, а то и штурмовать не придётся. (Усмехается, пьёт.)

Сергей подходит к молодой заложнице, отклеивает пластырь на рту.

Сергей. Ну что? Никто тебя не собирается освобождать. Видать, никому вы обе на фиг не нужны. А то б приехали.
Заложница (заикаясь). Пожалуйста… отпусти меня… нас. У неё дети.
Сергей. А у тебя.
Заложница. А у меня – муж. Пожалуйста…
Сергей.А у меня никого нет. И что теперь? (Мотает головой.) Хочешь пивка? (Заложница тоже мотает головой). Ну как хочешь. Когда ещё попьёшь-то (Снова заклеивает ей рот).
Начинает нервно ходить по залу магазина, размахивая ножом.

Сергей. Может уйти? Нет, поздно уже. Всё равно найдут. А может не найдут?! (Слышится далёкий вой сирень). Нет, едут. Теперь точно поздно. (Включает телевизор в углу, настраивает на канал МТВ).
Сергей. Теперь надо приготовиться. (Ставит бутылку на пол, начинает таскать со всего магазина стулья, коробки, крупные вещи ко входу и сваливать в кучу. Дверь закрывает на замок. По телевизору идут клипы).
Сергей (пробуя дверь). Жалко, хлипкая совсем. Но ничего, прорвёмся.

Подтаскивает последние коробки к двери, как раз в тот момент, когда в неё начинают стучать.

Сергей (злорадно). А, облажались твари. (Показывает «фак» в сторону двери). Сейчас, сейчас я вам всем покажу. (В сторону заложниц). Испугались, а?! Рано пока ещё бояться.

Подходит к прилавку, достаёт шампанское и салат, открывает их, пьёт шампанское закусывая салатом.

Сергей (заложницам, показывая шампанское). Будете? Холодное. Для расслабления…
Заложницы мотают головой, что-то мычат.
Сергей. И что это сейчас никто не пьёт-то? И повод вроде есть (В дверь по-прежнему стучат, слышится мат). Стучите и откроют вам. (Усмехается.) Влип я по самое не балуйся.

Звонит мобильник Сергея.

Сергей. Да, это я. Нет, не террорист. Просто, журналист. Сергей. Требования – хочу поговорить с девушкой Леной. Какая вам разница с какой!… Хотя погодите, да, конечно. С Леной Березиной. Телефон не помню. Вы – вспомните! Всё!

Выключает телефон, устало садится на пол.

Сергей. Две беды – дураки и дороги. (За дверью слышится мат и переговоры по рации).
Сергей декламирует:

Друзья, друзья! Быть может, скоро –
И не во сне, а наяву –
Я нить пустого разговора
Для всех нежданно оборву.

И повинуясь только звуку
Души, запевшей, как смычок,
Вдруг подниму на воздух руку,
И затрепещет в ней цветок.

И я увижу и открою
Цветочный мир, цветочный путь, -
О, если бы и вы со мною
Могли туда перешагнуть!

Заканчивает, тупо смотрит в зал, потом прикладывается к бутылке шампанского.

Сергей. Теперь так… теперь всё хорошо. (Заложницам.) Не скучаете?

Заложницы мычат.

Сергей походит к старой, снимает пластырь со рта.

Сергей. А ты старая карга, как себя чувствуешь? Хочешь шампанского?
Заложница. Нет, нет, сынок, отпусти меня. Ну, пожалуйста. (Начинает плакать.) Тебя же самого убьют… и нас вместе с тобой. Как всегда… в жизни. У меня внуки. (Пытается броситься на Сергея, но он отпрыгивает).
Сергей. Ого, вот у вас и прыть, дорогой вы наш человек. (Заклеивает ей рот).Приятных снов. (Выливает ей на голову остатки шампанского). Попей, попей бабушка, за внуков своих попей. Воспитала блин, на свою голову.

Снова звенит мобильник.

Сергей. Вот достали.(Берёт трубку). Да. Как, нашли? Как нет? У меня лопается терпение! Нет, нет, не нервничаю. Вы там всё равно, давайте побыстрее. Мне тут что всю ночь что-ли ждать? Не помню я её телефон! Больше ничего не хочу! Да, не нервничаю я! Ничего больше не надо! Здесь всё есть (Смотрит на прилавок.) Быстрее, а то я волнуюсь. Буду говорить только с ней.

Кладёт трубку. За дверью слышаться какие-то приготовления, доносятся команды.

Сергей. Ага, готовятся значит. Испугались теперь! А когда регистрацию проверять, так они деньги снимать не боятся! Твари! (Обхватывает голову.) Блин, что ж я наделал-то! Теперь…теперь всё. Поговорить только, и … всё. Больше, ничего не остаётся. (Подходит к прилавку, достаёт бутылку дорого вина.) А теперь этого, напоследок. (Усмехается, кидает его в стену, бутылка разбивается). В жизни бы такого не попробовал. (Берёт другую бутылку, открывает, пьёт). Ничего, очень даже. Очень даже, ничего. (Достаёт мобильник, звонит). Алё? Илюх, это я. Извини, что так поздно. Не поверишь, я захватил заложников. Не гоню, конечно. На улице Ленина. Да, да, по телику покажут. Так что смотри. Ток-шоу, блин. Пока, я ещё позвоню. (Кладёт трубку в карман)


Молодая заложница что-то мычит. Сергей отклеивает ей пластырь со рта.

Сергей. Чего хотела? Автографа? (Смеётся.) Говори быстро!
Заложница. Я тут тоже стих вспомнила. В школе учила. Можно?
Сергей (с радостью). Можно, давай, конечно.
Заложница (декламирует):

Где обрывается Россия
Над морем чёрным и глухим.

От монастырских косогоров
Широкий убегает луг.
Мне от владимирских просторов
Так не хотелося на юг.

Но в этой тёмной деревянной
И юродивой слободе
С такой монашкою туманной
Остаться – значит быть беде.

Ласкаю… Нет, целую… ногу, руку? Не помню дальше.

Сергей. Эх, ты, Мандельштама не помнить. (Декламирует).

Целую локоть загорелый
И лба кусочек восковой
Я знаю, он остался белый
Под смуглой прядью золотой.

От бирюзового браслета
Ещё белеет полоса.
Тавриды огненное лето
Творит такие чудеса.

Как скоро ты смуглянкой стала
И к Спасу бедному пришла.
Не отрываясь целовала (Сергей вздыхает),
А гордою в Москве была.

Нам остаётся только имя,
Чудесный звук, на долгий срок.
Прими ж ладонями моими
Пересыпаемый песок.

Сергей снова вздыхает, пьёт из бутылки.

Сергей (заложнице). А ты молодец, на - выпей. (Заложница пьёт). Ты, не такая как они, Мандельштама знаешь… Хоть и не конца.
Заложница. Может, отпустишь меня? Я не могу больше, все руки затекли. И тебе легче будет, греха убавишь.
Сергей (усмехается). Греха говоришь? Сказал бы я тебе, что это такое… Давай так: ещё один стих вспомнишь – такой, отпущу тебя.
Заложница. Какой - такой?
Сергей. Такой, как сейчас был. (Улыбается.) Или не помнишь?
Заложница (судорожно). Сейчас, сейчас вспомню.

Сергей достаёт трубку, звонит.

Сергей. Ну, как у вас? Да, не волнуюсь. Вы тоже там не волнуйтесь. (Смеётся.) Связались да?! Ну, что ж вы! Как нет дома? Ааа, она наверное блядовать пошла. Нет, не волнуюсь. Ничего, мне не надо больше, говорю! Ищите её! Всё. (Обращаясь к заложнице.) Волнуются за вас. Ну, как вспомнила?
Заложница. Да, да, ещё одно.
Сергей. Давай. (Наливает вина в стакан и даёт заложнице). Тебя как зовут?
Заложница. Таня.
Сергей. Таня… Хорошее имя. Выпей, Таня, чтоб не волноваться.

Заложница выпивает. Сергей смотрит клипы по телевизору.

Сергей. О, прикольный клип с Мадонной. Про вас почти (Улыбается.) Ну, давай.
Заложница (декламирует, сбиваясь).

Как неожиданно и ярко,
На влажной неба синеве,
Воздушная воздвиглась арка
В своём минутном торжестве!
Один конец в леса вонзила.
Другим за облака ушла –
Она полнеба обхватила
И в высоте изнемогла.

О, в этом радужном виденье
Какая нега для очей!
Оно дано нам на мгновенье,
Лови его – лови скорей!
Смотри – оно уж побледнело,
Ещё минута, две – и что ж?
Ушло, как то уйдёт всецело,
Чем ты и дышишь и живёшь.

Заканчивает, почти что крича.

Сергей (задумчиво хлопает). М-о-л-о-д-е-ц! (Обнимает связанную заложницу, шепчет ей на ухо). Тютчева помнишь? Я его теперь почти всего знаю (Утирает глаза.) Ты хорошая, я тебя отпущу обязательно. (. Заложница сияет. Сергей оглядывается на дверь). Только вот как? (Заложница испуганно замирает.) Не бойся, сейчас придумаем.
Заложница. Ты, можешь сказать им, что выпускаешь меня, чтоб они отошли от двери. А то ты всё взорвёшь.
Сергей. А чем взорву-то? (Молчит.) Хотя вопрос беспредметен, в принципе. Ты правильно придумала. Так и сделаем.

Достаёт телефон, звонит.

Сергей. Да, я. Как нашли? Через сколько? Десять минут? Хорошо, жду, десять минут. Я сейчас выпущу одну заложницу, отойдите от двери, а не то – всем кранты. Просто так выпущу. Да не нужны мне деньги! Хочу поговорить с Еленой! С каким ешё Алексием? Я не верующий? Да, не чеченец я! Короче, все отойдите от двери, через две минуты я выпускаю её. Поняли?! (Заложнице). Приготовься. А, да.

Подходит к ней, развязывает руки и ноги, поднимает её и обнимает.

Сергей. Спасибо за стихи. Ты хорошо декламируешь.
Заложница. Спасибо… Ты хороший террорист. Я тебя не боюсь. А может и её заодно? (Кивает в сторону второй заложницы.)
Сергей. Не сейчас… в своё время… разумеется. Сначала поговорю… с Леной. Прощай, Тань.

Заложница и Сергей обнимаются, она целует его, он гладит её волосы.

Сергей. Иди… Хотя постой, дай телефончик.

Заложница пишет номер телефона на бумажке, отдаёт Сергею. Он приставляет ей нож к горлу и обхватывает сзади за шею.

Сергей. Не бойся, не бойся, это я так… для конспирации.

Они подходят к двери. Сергей убирает несколько ящиков, берётся за замок.

Сергей (кричит). Эй, отошли все? Точно? Я готов.

За дверью слышен подтверждающий гул милиционеров.

Сергей. Я открываю! (Открывает дверь.) Иди, Тань, я позвоню. (Выпихивает её за дверь и сразу же захлопывает, закрывая на замок. Снова заваливает вход ящиками) Вот, теперь снова всё в порядке…в порядке.

Сергей идёт на середину комнаты, садится на пол, допивает вино из бутылки. Достаёт телефон, звонит.

Сергей. Как? Вышла? Нормально? Хорошо. Не волнуюсь, не волнуюсь. Нашли! Да?! Давайте, давайте её к трубке. Сколько? Ладно, две минуты? Не надо, мне ничего!

Выключает мобильник, смотрит в зал, радостно улыбаясь.

Сергей. Нашли…нашли, значит. Теперь… поговорим. Совсем поговорим. Серьёзно поболтаем. Может быть… она меня любит. Может быть всё-таки любит!… Хотя, нет конечно (мрачнеет). Теперь всё, кончено. Поздно. Покажут в вечерних новостях (Хихикает.) как Президента…. Или не покажут. Всё-таки каждый день захваты. Каждый день почти.

Достаёт телефон, звонит.

Сергей. Да, Илюх. Снова я. Слышал уже? Ну вот, а ты не верил. Не, не сошёл с ума. Наоборот, пришёл. (Хихикает.) Ты за меня не волнуйся, я нормально, да… Стихи тут читаю, серьёзно. Ладно, пока, я позвоню… Что не бросай? Денег мало на счету осталось… Да, нет не нервничаю. Меня и без тебя уговаривают. Не хочу уже ни чего!

Бросаёт телефон на пол.

Сергей. Сговорились, что - ли все. Как с цепи сорвались. А я – я ведь нежный. (Поворачивается к оставшейся заложнице). Слышь, бабусь, ты теперь мой последний шанс. Билет, так сказать, в счастливое детство. Так что, смотри, не умирай там (Отхлёбывает из бутылки). Кислятина.

Поднимает телефон, набирает номер.

Сергей. Алло? Да. Соединяйте. (Смеётся.) Лен, привет. Да, я. Не псих, нет. Хотел поговорить с тобой. Не мог по нормальному! Ты же трубку не берёшь!!! Ладно, не нервничаю. Извини. Отпущу, отпущу, подожди. Слушай, один вопрос: ты меня любишь? Нет, вот ответь прямо сейчас… прямо сейчас мне надо, надо. Помнишь, ты мне читала своего Тютчева. (Декламирует.)

Я встретил вас - и всё былое
В отжившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое –
И сердцу стало так тепло…

Как поздней осени порою
Бывают дни, бывают час,
Когда повеет вдруг весною
И что-то встрепенётся в нас.

( Пьяно смеётся.). А я тебе верил, прикинь. На самом деле. Ну ответь, ну пожалуйста. Что?! Любишь? Ой, не верю, ой не верю. Нет, на самом деле? А раньше что ж не сказала? Ааа? Забыла что-ли? Что плачешь-то? Не плачут по волосам, голову потерявши. ( Смеётся.) Даа, спасибо тебе… за искренность. Ну и что теперь? Что теперь делать-то будем, говорю?! Не знаешь… Вот и я не знаю. Не знаю, я ничего! Ладно, спасибо тебе за ложь! Пока.

Бросает трубку на пол. Тупо смотрит на неё, потом начинает топтать ногами.

Сергей (пыхтит). Вот тебе, сука, вот тебе, вот тебе, падаль. (Останавливается, смотрит на заложницу.) А с тобой-то что делать? Тоже, блин… навязалась. (Подходит к ней, наклоняется.) Ну, что смотришь-то? Проблем что - ли хочешь? ( Грозит ей ножом.) Вот они, твои проблемы. Чёёёрт!!! (Садится без сил на пол около неё, плачет, размазывая слёзы.). Прости меня, бабушка, Христа ради, прости меня, прости. Я дурак, дурак же… идиот пьяный.

Сергей начинает развязывать заложницу, в этот момент слышится звон разбиваемого стекла, магазин заполняется белым газом. Сергей вскакивает в последний момент, но тут же падает. Слышны выстрелы. В магазин через разбитую дверь вбегает с десяток спецназовцев в противогазах, они окружают его труп. Слышны голоса:

Первый. В башку прямо, тля. Даже пикнуть не успел
Второй. Нет, сразу задохся. Вообще ебанутый. А она как?
Третий. Тоже по ходу ёбнулась.
Четвёртый. Чёрт, проверить надо.

Заложницу подхватывают и вытаскивают под руки из зала магазина. Дым постепенно рассеивается, спецназовцы ходят по залу, пробуют на вкус продукты с витрин, иногда пинают тело Сергея, слышны отдельные матерные реплики.

Третья сцена.

Кабинет следователя. Посередине стол, стулья, на окнах решётки, в углу сейф. Убранство комнаты довольно убого, на стене агитплакаты. За столом сидит следователь, на стуле перед ним Елена, около стены на диванчике – второй следователь.

Первый следователь. Мда…. Это всё?
Лена. Да.
Первый следователь. Так, читаем… (Читает по бумажке.) Этот террорист – Сергей Кленин, был знаком вам с января этого года. Познакомились на вечеринке в общежитии университета. После этого активно общались в течение февраля – апреля, последние три месяца практически не виделись, по вашей инициативе. Причина разрыва – не сошлись характерами. О захвате заложников вы не подозревали и заранее это не обсуждали. В тот день были в ночном клубе «Парк-Авеню». Почему ему нужны были именно вы – тоже не знаете. Просмотрите протокол того, что вы с ним говорили во время переговоров перед захватом и распишитесь.
Лена (читает бумажку, шевеля губами. Потом расписывается). Он мне всё время стихи читал… разные. А тогда – Тютчева.
Первый следователь. Какие стихи?
Лена (декламирует).
Я встретил вас - и всё былое
В отжившем сердце ожило;
Я вспомнил время золотое –
И сердцу стало так тепло…

Как поздней осени порою
Бывают дни, бывают час,
Когда повеет вдруг весною
И что-то встрепенётся в нас.

Первый следователь. Почему именно Тютчева? Почему именно эти стихи?
Лена. Не знаю… я ему тоже стихи читала.
Второй следователь. Понятно, любовь-морковь. Сань, отпускай её. Дело уж закрыто почти.
Первый следователь. Подожди… Какие стихи вы ему читали? Когда?
Лена. Ну, на свиданиях… и так. А стихи – Тютчева в основном.
Первый следователь. Например.
Лена. Ну, например – такой. (Декламирует.)

Две силы есть – две роковые силы,
Всю жизнь свою у них мы под рукой,
От колыбельных дней и до могилы, -
Одна есть Смерть, другая – Суд людской.

Второй следователь зевает, широко открывая рот. Лена продолжает.

И та и тот равно неотразимы,
И безответственны и тот и та,
Пощады нет, протесты нетерпимы,
Их приговор смыкает всем уста.

Но смерть честней – чужда лицеприятью,
Не тронута ничем, не смущена,
Смиренную иль ропщущую братью –
Своей косой равняет всех она.

Первый следователь смотрит на часы.

Первый следователь. Хватит девушка, мы поняли.

Лена (продолжая).

Свет не таков: борьбы, разноголосья –
Ревнивый властелин – не терпит он,
Не косит сплошь, но лучшие колосья
Нередко с корнем вырывает вон.

И горе ей – увы, двойное горе, -
Той гордой силе, гордо-молодой,
Вступающей с решимостью во взоре,
С улыбкой на устах – в неравный бой.

Первый следователь. Хватит, я сказал! Сколько можно! (Второму.) Всё понятно, парень свихнулся. (Лене.) А вам, девушка, впредь советую стихи читать поменьше… и в другом месте. (Второму.) Напишем, что был сумасшедший и на этой почве… да и требования у него какие-то дебильные были.
Лена. Полегче, полегче.
Первый следователь. Я знаю, что говорю. Если вы нам ещё понадобитесь, мы вам позвоним. Можете идти.

Лена поднимается, идёт к двери, в дверях оглядывается, хочет что-то спросить, но не спрашивает и выходит.

Первый следователь. Ну что – дёрнем? За успешное завершение расследования дела о терроризме.
Второй следователь. Можно. (Достаёт из сейфа бутылку водки и два стакана). Совсем крыша у народа едет.
Первый следователь. Да, это точно. Скоро начнут из-за двоек в школе заложников захватывать. Идиоты!
Второй следователь. А откуда он, не помнишь?
Первый следователь. Из Саратова по-моему.
Второй следователь(разливая). Ну, тогда за Саратов (Чокаются и выпивают.) В Саратове девки хорошие.
Первый следователь. И не говори.

Занавес.


© Copyright Тетерин Виктор, 2002