Макс Биттер-младший

("Bitte" (нем.) - горький)

НА═ ДОНЫШКЕ

комедия

(Перевод с австрийского Игоря Шприца)

Посвящаю Кириллу Игоревичу Филинову

Действующие лица

ИВАН МИХАЙЛОВИЧ КОСТЫЛЕВ, 54 лет, ответственный квартиросъемщик

ВАСИЛИСА КАРПОВНА, его жена, 26 лет

НАТАША, ее сестра, 18 лет

МЕДВЕДЕВ, милиционер, 40 лет

ВАСЬКА ПЕПЕЛ, 28 лет

КЛЕЩ АНДРЕЙ, слесарь, 40 лет

АННА, его жена, 35 лет

НАСТЯ, девица, 24 лет

КВАШНЯ, торговка пельменями, под 40 лет

БУБНОВ, без определенных занятий, 45 лет

ИДИОТ, 45 лет

САТИН и АКТЕР, приблизительно одного возраста, лет под 40

ЛУКА, бомж, 60 лет

АЛЕШКА, сын Идиота, 17 лет

ТАТАРИН и КРИВОЙ ЗОБ, мелкие бизнесмены

БАРОН, скелет без возраста

 

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Общая кухня в коммунальной квартире дома дореволюционной постройки, переделанная, по всей видимости, из большой залы-библиотеки. Внизу собственно кухня с ванной комнатой и туалетом, на антресолях несколько маленьких каморок, по бокам лестницы. На стенах переплетение водопроводных, фановых и газовых труб, электрических и телефонных проводов. По стенам развешены велосипеды, оцинкованные ванны для младенцев, тазы для варенья, несколько персональных счетчиков электричества. Стоят газовые плиты с кастрюлями, раковина для мытья посуды, столы, буфеты, холодильник. На стене у туалета висит сиденье-стульчак, там же телефон.

У плиты хлопочет Квашня, Бубнов в раковине моет пустые бутылки, Идиот осматривает тощего цыпленка. Настя сидит у стола и читает газету, Клещ сидит и курит. В ванной комнате, невидимая зрителю, страдает Анна. К дверям квартиры подходит Сатин, изучает фамилии жильцов под многочисленными звонками. Пепел стоит на антресолях и курит, стряхивая пепел вниз.

ИДИОТ. А дальше?

КВАШНЯ. Не-ет, говорю, милый, с этим ты от меня пойди прочь. Я это, говорю, уже испытала... Как издох мой милый муженек, ни дна ему, ни покрышки, - так я целый день от радости одна просидела. Сижу и все не верю счастью своему. И теперь уж ни за какие коврижки═- под венец не пойду! Да будь он хоть принц арабсХкий═- и не подумаю замуж за него идти.

КЛЕЩ. Врешь! Обвенчаешься с Абрамычем.

ИДИОТ (заглядывает в Настину газету). Настя, ну как Вы можете читать такую ересь!

НАСТЯ. Не лезь! Не твое дело.

КВАШНЯ (Клещу). Ты, пидор македонский. Туда же═- врешь! Я никогда не врала...

ИДИОТ (гладя Настю по голове). Какая Вы глупая, Настя... Что с народом сделали...

НАСТЯ. Какая есть, не обратно лезть...

Сатин жмет на все звонки по очереди, играя при этом довольно осмысленную мелодию с перезвонами. Входит в кухню. Все смотрят в его сторону. Сатин рычит.

БУБНОВ (Сатину). Ты чего рычишь?!

САТИН (обнимает и целует Бубнова). Эврика! Эврика!! (Обходит кухню с жестом триумфатора.) Я нашел ее! Я пришел к тебе!! (Бубнову.) Ты... БУБНОВ?! (Клещу.) А ты... Клещ!! Где твоя жена Анна?!

Анна выползает из ванной, ей плохо.

САТИН. Анна! Тебе плохо?!

АННА. Помираю, должно быть... Дайте же подлечиться, люди добрые...

КВАШНЯ (Сатину). Ты кто такой, а?! Ты чего вылез как прыщ на жопе? Чего раззвонился, как у себя в доме?

САТИН. Милая моя Квашня. Моя любимая Квашня. (Обнимает Квашню.)

КВАШНЯ (вырываясь). Да ты что?! Охренел мужик! Что вы все на меня полезли вдруг, как блохи на собаку?

КЛЕЩ (Сатину). Ты из третьего цеха! Митрич! Ну?!

САТИН. Нет.

КЛЕЩ. С гаража! Колька - артист!

САТИН. Нет!

КЛЕЩ. Тогда ставь со знакомством!

ИДИОТ. Вы нас шокируете своим амикошонством. Извольте объясниться! Здесь живут приличные люди!

САТИН. Барон, вылитый Барон. (Обходит Идиота со всех сторон.)

КЛЕЩ. Он у нас идиот вылитый.

ИДИОТ. Мышкин. Лев Николаевич. Кандидат технических наук.

САТИН. Чудесно. Просто восхитительно! Идеальное воплощение! Князь. Он же Идиот, он же Барон! Ну хоть сейчас вы все что-нибудь поняли?! Люди! Вы не понимаете своей ценности! Непреходящей!

ПЕПЕЛ. Мы все уже поняли.

САТИН (замечает Пепла). Ты - Пепел?! (Пепел молчит и стряхивает пепел.)

АННА. Андрюша, достань хоть что-нибудь, все шумят, а я просто помираю...

БУБНОВ. Шум смерти не помеха.

САТИН. (Бубнову). Божественно. Ты гениален! Еще раз, но больше изнутри. Чувствуешь? Давай.

БУБНОВ. Шум смерти не помеха.

САТИН. Фиксируем! Я сейчас. Всем оставаться на своих местах! (Убегает.)

ПЕПЕЛ. Воровать я еще не пробовал, но придется. (Уходит в свою каморку.)

КВАШНЯ (Бубнову). Твой, что ли, дружбан?

БУБНОВ. Выходит, мой.

АННА. Помираю, Андрюша...

КЛЕЩ. А-а, иди ты... (Уходит.)

КВАШНЯ (Анне). Поешь пельменей, на, горячее мягчит. Чумовой какой-то.

АННА. Не есть мне, видать уж, пельменей...

НАСТЯ. Кончайте выть, дайте почитать. Во, еще один нашелся придурок - где ты, моя Асоль? От пятидесяти и дальше! Куда уж дальше-то?

КВАШНЯ. Размер или возраст?

НАСТЯ. И то, и другое. Господи, сколько мудаков по свету ходит...

ИДИОТ. И все-таки в этом незнакомце есть что-то неуловимо интеллигентное. Жаль, что он ушел. (Осматривает курицу.) Что бы такое из нее сотворить?

КВАШНЯ (Идиоту). Пойдем на рынок, поможешь донести.

ИДИОТ. Неудобно, коллеги могут увидеть.

КВАШНЯ. Твоим коллегам на рынке делать нечего. Жрать каждый день, небось, удобно?

Входят Сатин и Актер.

КВАШНЯ. Приперся, ирод царя небесного. Да их двое. Паши нету на них.

САТИН (Актеру). Давай.

АКТЕР (Сатину). Однажды тебя совсем убьют до смерти.

САТИН. А ты болван!

АКТЕР. Почему?

САТИН. Потому что дважды убить нельзя! А? Каково?

АКТЕР (оглядываясь). Да, брат, дивная фактура. А это, небось, Квашня? Что, небось, горячее мягчит?

КВАШНЯ. Ох, нет на вас моего Пашеньки!

АКТЕР. А на нет и суда нет!

АННА. У вас есть чем полечиться, ребятки?

САТИН. Анюта! Милая моя! Лекарства будут! Шампанское будет! Во фраках гулять будем!

АКТЕР. Будем!! Будем-будем-буду-ду! Ду-душеньки-ду-ду! (Приплясывают и поют с Сатиным.) Господа! Если к правде святой мир дорогу найти не сумеет, честь беХзумцу. Честь безумцу! (Указывает на Сатина.) Честь беХзумцу, который навеет человечеству сон золотой! (Падает на колени перед Сатиным.)

САТИН (вбегая по лестнице). Смотри, как здесь все ловко устроено!

ИДИОТ. Надсон.

КВАШНЯ. Сумасшедшие. Кто их провел?!

Входит Костылев. За ним плетется Клещ.

БУБНОВ. Здороваться надо, господин хороший.

КОСТЫЛЕВ. Перетопчешься. Много чести. Где Василиса?

КВАШНЯ. Здорово, Костылев. Чего мрачны? (Идиоту.) Бери корзину, она полегче.

ИДИОТ (Насте). Бросьте читать дрянь всякую!

НАСТЯ. Идешь - иди! (Идиот и Квашня уходят.)

КОСТЫЛЕВ (Клещу). Где Василиса?

КЛЕЩ. Где, где? В гнезде! (Курит.)

КОСТЫЛЕВ. Ты у меня поматюгайся! Поедешь на сто первый в двадцать четыре часа!

КЛЕЩ. Обсерешься, пенек!

КОСТЫЛЕВ. Завалил дерьмом всю квартиру! Жену довел! Тьфу! Пустое место - вот ты кто!

КЛЕЩ. Я - рабочий! Я гордость народа. А ты говно!

НАСТЯ. Кончайте лаяться. Козлы. Дайте почитать спокойно.

БУБНОВ. Всему хорошему во мне я обязан газетам.

КОСТЫЛЕВ (Бубнову). Где Василиса? Ну народ... (Пьет воду из-под крана.) Была здесь?

БУБНОВ. Крутилась.

КОСТЫЛЕВ. А это кто такие? (Указывает на Сатина и Актера.)

САТИН. Костылев?

КОСТЫЛЕВ. Ну.

САТИН. Михаил Иваныч?

КОСТЫЛЕВ. Иван Михалыч.

САТИН. С чем и поздравляю. Идите сюда, дело есть.

КОСТЫЛЕВ (забираясь наверх). Кто такие?

САТИН. Нас направили. Из отдела культуры. Горкома. Понимаете?

КОСТЫЛЕВ. Ну я ответственный. Вот пустая комната. (Заходят в каморку.)

БУБНОВ (Клещу). Анна-то помереть может. Дай что-нибудь.

КЛЕЩ. Я не давалка - всем давать. Сам и дай. По глазам вижу, что есть. Жмот ты, Бубнов. До последнего, сука, тянешь.

БУБНОВ. Каждый раз, как последний. (Достает бутылку.) Анна в ванне, выходи, вдова командора!

Анна выходит из ванной. Топология этой квартиры настолько причудлива, что человек, вышедший в одну дверь, очень просто может выйти из противоположной, например, из туалета. Или из ванной сразу несколько человек, туда не входивших. Здесь все возможно.

АННА (смеется). Бутылочка. Бог тебя вознаградит.

БУБНОВ. Если вспомнит при встрече.

КЛЕЩ. Молчал, гад. Пошли, у нас макароны были.

Анна, Бубнов и Клещ уходят.

Из каморки выходят Костылев, Сатин и Актер.

КОСТЫЛЕВ. Боремся за звание "Квартира образцового быта". Есть отдельные достижения, так и передайте.

САТИН. Всенепременно!

АКТЕР. Я земной шар чуть не весь обошел. Но в нашей буче лучше!

КОСТЫЛЕВ. Матрацы я вам дам! Не беспокойтесь.

САТИН. Иван Михалыч, вы просто чудо, так и передам в отделе культуры.

Сатин и Актер заходят в свою каморку.

КОСТЫЛЕВ (благодушно). Настька!

НАСТЯ. Чего тебе?

КОСТЫЛЕВ. Чего ты у нас такая толстая?

НАСТЯ. Греблей занималась.

КОСТЫЛЕВ. Это полезно, это хорошо. Василису видела?

НАСТЯ. Была тут.

КОСТЫЛЕВ. А Васька, небось, дома? (Стучит.) Василий, ты дома?

АКТЕР (высовываясь, в публику). Он отворяет, а она там!

КОСТЫЛЕВ. Кто там? Ты чего это? А?! Ты чего это говоришь?! Василий, а ну открой! Кому говорят!

ПЕПЕЛ (выходит из каморки). Чего тебе?

КОСТЫЛЕВ. Да вот, видишь, ты...

ПЕПЕЛ. Деньги принес?

КОСТЫЛЕВ. Какие деньги?

ПЕПЕЛ. Часы брал?

АКТЕР (в публику). Краденые!

КОСТЫЛЕВ. Так они краденые? Нет, такого не берем. Ты что, Василий? А? Крадешь, что ли?

ПЕПЕЛ. Ты видел?

КОСТЫЛЕВ. Нет.

ПЕПЕЛ. Тогда деньги гони! (Уходит к себе.)

КОСТЫЛЕВ (Актеру и Сатину). Видали? Во народец! Мне б его на плац! Да строевой! Он бы у меня с радостью б повесился. От люди. От твари.

Входят Василиса и Наталья.

КОСТЫЛЕВ. Вы где шляетесь? Придешь голодный, как волк, а эти... барыни подколодные! Василиса, ты где шлялась?! (Спускается по лестнице.)

ВАСИЛИСА. Отстань. Сумки возьми! Руки отваливаются! (Замечает Сатина и Актера.) А это что за морды? Кого пустил? Деньги взял?

АКТЕР. Ку-ка-ре-ку!

ВАСИЛИСА. Только засрите мне комнату, быстро отсюда полетите! Наташка, домой!

НАТАША (подымаются по лестнице). Здравствуйте!

САТИН. Здравствуй, Наташенька.

КОСТЫЛЕВ (Василисе). Чего ты так нервничаешь? Пошли в комнату.

НАТАША. Дай с людьми поговорить.

ВАСИЛИСА. Знаю я твои разговоры! (Костылеву.) Чего стоишь? (Уходят.)

Уходят.

Навстречу им выходят Клещ с Бубновым.

КЛЕЩ. Милости прошу, барыня-хозяюшка! Какие вы сегодня!

ВАСИЛИСА. Иди, козел рыжий! (Уходит.)

КЛЕЩ. Не в духе. Амбрэ. Бывает. Ты чего у нас такая толстая, Настя?

НАСТЯ (читая). Греблей занималась.

КЛЕЩ. Это хорошо. Гребля - это хорошо. (Закуривает.)

НАТАША (Сатину). Вы надолго?

САТИН. Как карты лягут. Позвольте вам представить═- редкостный органон! Актер. Сарданапал!

АКТЕР (Сатину). Организм! Девушка, мой организм отравлен ядом алкоголя и на яд любви уже - увы! - не реагирует. Позвольте ручку.

НАТАША. Ну что вы, как можно.

САТИН. Он у нас ручной, не откусит. Вас ждут! (Стучит в дверь к Пеплу.)

НАТАША. Вася, к тебе можно? (Заходит.)

САТИН. Нужно. (Актеру.) Парадный выход из "Венецианского купца". Три-четыре! Пам-парам-пам-пам! (Торжественно спускаются по лестнице.)

КЛЕЩ. Новенькие, стало быть. Со знакомством бы хорошо бы, а?

БУБНОВ. Добавить бы не мешало. Хорошо пошла.

КЛЕЩ. Да, блядь.

САТИН. Господа, потерпите малость. Сейчас все будет, а чуть позже будет еще больше.

АКТЕР. Хороша фактура. (Оглядывает интерьер.) Душа горит. Славы просит! (Сатину.) Чего же ты ждешь, человече?!

БУБНОВ. А Луки-то нет. Ниточки-то гнилые!

САТИН. Без Луки никак. (Актеру.) Пошли на вокзал! Луку ловить. (Уходят.)

КЛЕЩ. Луку им не хватает. А я вот редисочкой уважаю. А по осени грибком белым.

БУБНОВ. Бывало и это. Все бывало! Истинное блаженство...

Входит Костылев.

КОСТЫЛЕВ (Клещу). Ты долг когда отдавать будешь?

КЛЕЩ. Ну, бля, ты и кайфолом!

БУБНОВ. Уникум.

КЛЕЩ. Охренел, Михалыч? Где я тебе сейчас возьму? Жена болеет, все на лекарства уходит.

КОСТЫЛЕВ. Знаю я твои лекарства! Споил жену!

КЛЕЩ. Я и виноват! Во, блин, она пьет, а я виноват.

БУБНОВ. У сильного всегда бессильный виноват.

КОСТЫЛЕВ (Бубнову). А тебя не спрашивают!

БУБНОВ. Р-р-ррр-рр!

КОСТЫЛЕВ (Клещу). В последний раз! Слышишь? В последний!

БУБНОВ. От Советского Информбюро! В последний раз!

КЛЕЩ. Ну что я тебе, рожу их? Дадут получку - отдам! Куда я денусь, у меня династия на заводе!

БУБНОВ. А я - шалишь, брат. Свою династию - фьють! Я лучше всю жизнь в говне на коленях проживу, чем умру стоя у станка.

НАСТЯ. А я бы за любовь умерла. Полюбила бы, поплакала бы и умерла.

БУБНОВ. Плакать-то зачем?

НАСТЯ. Какая же любовь без слез?

КЛЕЩ. Писаю и плачу.

КОСТЫЛЕВ. Знаю я ваши любови. Как у суки с кобелем.

НАСТЯ. Ты своей суке морали читай.

БУБНОВ. Не бей его по больному.

КОСТЫЛЕВ. Вы что, а? Что знаете? А? Ну-ка, быстро! Как на духу!! Ну?

КЛЕЩ. Не нукай, а следи за своей сукой.

Все, кроме Костылева, смеются.

БУБНОВ. Есенин!

КОСТЫЛЕВ. Я вам посмеюсь! Василиса! Васка, стерва!! Я ей сейчас!

Костылев убегает, слышны звуки его скандала с женой.

БУБНОВ. Пошла писать губерния. (Насте.) Вот где любовь! Вот где страсть. От одной спички, как сучок у пионера! А ты... И чего ты у нас такая ленивая на это дело?

НАСТЯ. Скотство это, а не любовь.

КЛЕЩ. Слова-то какие знает - скотство!

БУБНОВ. Скоты, они же звери, много чище нас будут. В будущей жизни обязательно скотом буду.

КЛЕЩ. Ну вот кем ты, к примеру, хочешь стать?

БУБНОВ. Китом буду. Синий кит. Блювал.

КЛЕЩ. Это нам известно - блювал и неоднократно. А знаешь, Настя, какой у кита хер? Два метра! Мужик в цеху рассказывал. Ей-богу!

БУБНОВ. Как живая атомная лодка из моря выныривает, весь в пене! Лопастью ударит - и под воду. И фонтаны по горизонту.

КЛЕЩ. Скучно под водой. Тина плавает.

БУБНОВ. Нет, брат. Это здесь скучно. Здесь тина. А там - жизнь! Ох, как я люблю жизнь. Чувствую, как по каплям уходит.

Вбегает Василиса.

БУБНОВ (указывает на Василису). А это, брат, не жизнь...

ВАСИЛИСА. Ты мне не тычь, я те не Иван Кузьмич! Нажрались и довольны? Только бы мужа с женой ссорить! Чего наболтали?!

НАСТЯ. Ревнует - значит любит!

БУБНОВ. Бешено ревнует - бешено любит!

ВАСИЛИСА. Не суйте нос не в свои дела. Где Наташка?

БУБНОВ. Я ж говорил.

КЛЕЩ. Т-с-с... Не мешай им... (Показывает наверх.)

ВАСИЛИСА. Вот сука! Всю семью позорит! (Подымается по лестнице.) Наташка! (Стучит в дверь.) Наташка, кому сказано - открой!

Дверь открывается. На пороге Пепел.

ПЕПЕЛ. Что вас тревожит, Василиса Карповна?

КЛЕЩ. Во стелет.

ВАСИЛИСА. Наталья у тебя?

ПЕПЕЛ. Девушка в надежных руках.

НАТАША (выходит из комнаты). Чего пристала? Мы английским занимаемся.

ВАСИЛИСА. Знаю я твой английский! Марш домой! Почему в училище не была?

НАТАША (спускаясь вниз по лестнице). Санитарный день сегодня.

ПЕПЕЛ. Чашечку чая, дражайшая Василиса.

ВАСИЛИСА. Вообще-то я попила. Ну, разве что маленькую. (Наташе.) Я проверю! (Заходит с Пеплом в его комнату.)

КЛЕЩ. Английский. Ай ду ю пиво эври дэй.

НАТАША (Клещу). Шел бы ты по лесу, жевал бы ты веник! (Уходит в туалет.)

БУБНОВ. Молодая, глупая, ой глупая! Настя!

НАСТЯ (читая). А?

КЛЕЩ. Хрен на! (Смеется.)

НАСТЯ. Иди к черту.

БУБНОВ. Настя, Настя что такое счастье?

НАСТЯ. Это когда тебя любят.

КЛЕЩ. Во-во! У нас уборщицу грузчики в аванс всей бригадой полюбили - вот была счастливая! Всю раздевалку им помыла два раза!

НАСТЯ. Тошнит меня от вас. Нажрутся и лезут, лезут с разговорами.

КЛЕЩ. Культурно отдыхаем. За жизнь... тово... (Настя уходит.) Чего она, обиделась за уборщицу? Я ж не вру. Бригада-то маленькая, человека четыре. Коммунистического труда была. Уборщица довольна, бригада довольна, в раздевалке чисто. А Настя обиделась. Все чин-чином было.

БУБНОВ. Сама не знает, чего хочет.

Вбегает Костылев.

БУБНОВ. Не топочи, как слон. Голубков спугнешь (Показывает наверх.)

КОСТЫЛЕВ. Все шутишь, шутник! Василиса! Ты где, а? (Стучит в туалет.) Ты чего молчишь? А ну, отзовись!

НАТАША (из туалета). Да что такое, поссать спокойно не дадут!

КОСТЫЛЕВ. Ты это, вот чего! Отвечай, когда спрашивают! Где сестра?

НАТАША (выходит из туалета). У Васьки осталась, чай пить. Вот люди, блин! (Уходит.)

КЛЕЩ. У нас кладовщицу одну тоже с мастером муж застукал - с голой жопой чайком баловались. Как впаял ему фрезой по копчику, так производственная травма. И премия тю-тю! Цех подвел.

БУБНОВ. Васька тоже в своем деле мастер.

КОСТЫЛЕВ. Я тебе дам - мастер!

КЛЕЩ. Давать - это Василисино дело.

КОСТЫЛЕВ. Вы что, а?! Вы чего меня заводите?! Я ведь и участкового могу! Он вас быстро! Василиса! Вылазь! Вылазь, кому говорю!

БУБНОВ. ...из-под Васьки.

КОСТЫЛЕВ (грозится). У-ууу!! (Лезет по лестнице.)

А из дверей каморки появляется Василиса, поправляя прическу.

ВАСИЛИСА. Ну. Чего разорался?

КОСТЫЛЕВ. Где сахар в доме лежит?! Почему порядка нету! Горбатишься на вас! Наташка, та еще сучка! Дерзит!

ВАСИЛИСА. Не ори, давление подымется.

КОСТЫЛЕВ. Не ори, не ори. Нервы у меня!

Спускаются по лестнице.

БУБНОВ. А ты ее рогами!

КОСТЫЛЕВ (Бубнову). Цыц. Говорил - ложьте сахар на место!

Василиса и Костылев уходят к себе. На балкон выходит Пепел, закуривает.

КЛЕЩ. Вась, а Вась...

ПЕПЕЛ. Чего тебе?

КЛЕЩ. Василиса далась? (Пепел молчит.)

БУБНОВ (Пеплу). Чего они от тебя хочут?

КЛЕЩ. Хрена лысого.

ПЕПЕЛ. В женщине душа должна быть.

БУБНОВ. А у них нет?

ПЕПЕЛ. У Наташки есть, но еще маленькая.

БУБНОВ. В нашем климате души растут медленно-медленно.

КЛЕЩ. Добавить бы.

Входит Анна.

БУБНОВ. Отпустило?

АННА. Дай закурить. (Клещу.) Андрюшенька, давай телевизор снова купим.

КЛЕЩ. Ха! Купим! А ты снова загонишь! Где денег столько взять?

БУБНОВ (Анне). 3ачем тебе эта хряпа?

АННА. Говорят, сейчас интересно стало.

БУБНОВ. Говорят! Вот! (Показывает кругом.) Вот тебе цветной, стерео, звук и запах! Триста шестьдесят пять серий в году.

Из туалета с газетой выходит Настя. С улицы входят Медведев с корзиной в руках, за ним Квашня и Идиот.

КЛЕЩ с Бубновым. Здравия желаем, товарищ старший сержант!

МЕДВЕДЕВ. Уже нажрались?

КЛЕЩ с Бубновым. Служим Советскому Союзу!

БУБНОВ. С базара спекулянтов поймали?

КВАШНЯ. Я тебе дам - спекулянтов. Пашенька, чайку хочешь?

МЕДВЕДЕВ. Это можно. (Садится.)

БУБНОВ (достает шахматы). А партеечку под чаек?

МЕДВЕДЕВ. Это можно.

БУБНОВ. Твои белые.

КВАШНЯ. Паша, тебе с чем бутерброд - с сыром или колбасой?

МЕДВЕДЕВ. Хлеба побольше.

Анна и Идиот наблюдают за игрой.

АННА. Лошадью ходи.

ИДИОТ. Двое, что приходили, старичка ловили на базаре. Юркий такой. Наверно, они сотрудники милиции.

МЕДВЕДЕВ (не отрываясь от игры). Что еще за двое? Какие еще сотрудники там? А мы вот так! А?

БУБНОВ. А ниточки-то гнилые. Шах. Переходи, я сегодня добрый.

КЛЕЩ. Ты, добрый, а этот бугай Пимена с заготовительного на два месяца на больничный посадил. Весь цех из-за тебя стоит, Пашенька.

МЕДВЕДЕВ. А не перечь мне, я этого ужас как не люблю. И еще замахивался - каратэ! каратэ!

АННА. Лошадью его, лошадью.

КВАШНЯ. Паша, тебе сколько ложек сахару? Три или четыре?

ПЕПЕЛ. Ты его пельменями своими угости.

МЕДВЕДЕВ (Пеплу). Пошути у меня.

КВАШНЯ. С Василисой шути да с блядьми своими.

БУБНОВ. Шах.

МЕДВЕДЕВ. Так нечестно. Я перехожу.

ИДИОТ (Насте). Там в наперстки играли, а потом драка началась. Я занимался теорией игр, там драки не входили элементами игры.

БУБНОВ. В теориях никогда драки не закладываются, но жизнь богаче всяких фантазий. (Медведеву.) Ферзь под боем.

ИДИОТ (Насте). Бросьте, Настя, всякую ерунду читать. Почитали бы Чехова, Горького, что ли.

НАСТЯ. Иди ты в жопу со своим Горьким.

МЕДВЕДЕВ (отвлекаясь от игры). Чтоб я этих выражений при женщинах не слышал!

КВАШНЯ. Вот именно! Расжопалась тут. Сладу никакого нет. Целый день только и слышишь: блядь да блядь, да жопа с ручкой!

НАСТЯ (Квашне). Ты ж первая у нас - как начнешь с утра!

КВАШНЯ. Так я и постарше тебя буду! После войны росла, народ озверелый. (Ставит чай и бутерброды перед Медведевым.) Ешь на здоровье, Пашенька.

БУБНОВ. А мне?

КВАШНЯ. Нос в говне.

НАСТЯ. Во! А сама-то!

БУБНОВ. Шах.

КЛЕЩ. Врежь ему за Пимена.

АННА. Лошадью, лошадью!

ИДИОТ (Квашне). Что вы мне посоветуете с курицей?

КВАШНЯ. Положи в морозилку, запах снять.

БУБНОВ. Мат. (Берет Пашин бутерброд.) Будет хлеб, будет и песня!

МЕДВЕДЕВ. Где?!

КЛЕЩ. В гнезде! За Пимена тебе - а?

АННА (смеется дребезжащим смехом). Выиграл. Выиграл.

НАСТЯ. Нет, это не жизнь. (Уходит.)

МЕДВЕДЕВ. Сучий потрох, все настроение на дежурство спортил!

Входят Сатин с Актером, ведут за обе руки Луку без штанов. 3а ними идет КОСТЫЛЕВ.

МЕДВЕДЕВ (встает, грозно оправляет форму). Кто такие? Почему без штанов?

ПЕПЕЛ. Сексуальные меньшинства Крайнего Севера.

САТИН. Мир этому дому. Прошу любить и не обижать═- божий странник Лука! (Выталкивает Луку вперед.) Смотрите, какая фактура! А штаны - дело наживное.

МЕДВЕДЕВ (Костылеву). Что за бардак во вверенной тебе квартире? Кто такие? Бомжи? Документы.

САТИН. Мы - представители славной творческой интеллигенции. Я режиссер, заслуженный деятель Ханты-Мансийского национального округа, основатель нового направления в русском театре. Мой соратник и друг - Актер, этого же направления, участник съемок во многих отечественных и зарубежных фильмах.

АКТЕР. В Польше.

МЕДВЕДЕВ. А этот кто? (Указывает на Луку.) Ты кто? Почему без штанов?

ЛУКА. Человек.

МЕДВЕДЕВ. А по-моему, ты бомж! Пошли со мной.

САТИН. Стойте! Не делайте этого! (Взбегают с Актером на лестницу, Настя выходит из туалета). Люди! Сегодняшний день будет запечатлен в анналах театра так же, как и историческая встреча Станиславского и Немировича-Данченко!

АКТЕР. Офелия, о, помяни меня в своих молитвах!

САТИН. Здесь, в этих исторических стенах, мы с вами сыграем первый бесконечный спектакль вселенского Реального театра!

ПЕПЕЛ. Где-то это было.

САТИН. Общество насыщено идеями, как воздух перед грозой электричеством, но молнией центром кристаллизации станет наше с вами детище, наш Реальный Театр!

АКТЕР. Если б завтра земли нашей путь

Осветить наше солнце забыло,

Завтра ж целый бы мир осветила

Мысль безумца какого-нибудь.

ИДИОТ. Пастернак.

КВАШНЯ. Точно сумасшедшие. А этот (показывает на Луку.) небось и вшивый.

САТИН. Вошь тоже реалия наших дней. Растворяясь душой в таких вот реалиях, мы с вами превратимся в демиургов!

КЛЕЩ. Во, бля!

САТИН. В творцов театральных алмазов. Наши с вами имена будут занесены в нетленные скрижали вселенского Театра. Именно здесь, в сладостных творческих муках родится бесконечная во времени и ограниченная в пространстве этой божественной декорацией пьеса буревестника революции Максима Горького "На дне". Кто читал Горького? (Идиот поднимает руку.)

КЛЕЩ. Во гад.

САТИН. Забудьте обо всем! Вам не нужны тексты! Вы их знаете! Сама жизнь вложила их в ваши уста! Ваша жизнь - вот ваш текст, ваша сверхзадача, ваш спектакль. Сотни, тысячи театралов со всех концов света будут ночами стоять за билетами на наш спектакль. Критики, эти гиены пера, ломиться в эти двери. Гастроли! Поклонницы! Поклонники! Париж - у ваших ног. Вы не можете себе же сказать "Нет"! Это ваш шанс! Эта грязь, эти лица, эта кухня, воздух которой можно резать ножом как холодец, так он плотен и вкусен! Мы приготовим это блюдо и насытим жаждущих духом, ибо Человек - выше сытости! Мы покажем всем правду жизни. Ложь - религия рабов и хозяев. Правда - бог свободного человека!

АКТЕР. Безумству храбрых поем мы песню! Безумство храбрых - вот мудрость жизни! Я славно пожил! Я знаю счастье! Я храбро бился! Я видел небо!!

Все аплодируют. Слышны крики дерущихся Василисы и Наташи. Костылев убегает их разнимать.

МЕДВЕДЕВ. Никак скандал?

КВАШНЯ. Пойти посмотреть?

КОСТЫЛЕВ (вбегает). Абрамыч! Беда! Василиса... Наташку убивает... иди!

САТИН. Вперед, орлы!

Все дружной гурьбой бегут разнимать. Остаются Пепел на балконе, Анна и Лука. Лука сразу начинает рыскать по кухне.

АННА. О Господи... Наташенька бедная...

ЛУКА. Кто дерется там?

АННА. Сестры.

ЛУКА. Чего делят?

АННА (указывает на Пепла). Сытые обе... здоровые...

ЛУКА (гладит Анну). Тебя как звать-то?

АННА. Анной. Гляжу я на тебя... на отца ты похож моего... такой же ласковый... мягкий...

ЛУКА. Мяли много, оттого и мягкий... (Смеется дребезжащим смехом.)

Конец первого действия.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

На донышке, 2 действие

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Та же обстановка. Вечер. На антресолях Сатин, Идиот, Татарин и Кривой 3об играют в карты. Клещ и Актер наблюдают за игрой. Внизу на кухне Бубнов и Медведев играют в шахматы. Лука с Анной сидят в сторонке.

ТАТАРИН. Еще раз играю - больше не играю!

САТИН. Бубнов, пой!

БУБНОВ (запевает). Солнце всходит и заходит...

ЗОБ (подхватывает). А в тюрьме моей темно...

ТАТАРИН (Сатину). Давай мешай карты! Чего поешь? Играть надо. Два дела сразу даже Бог не делал.

ИДИОТ. Ахматова говорила, что в день можно делать хорошо только одно дело.

ТАТАРИН. Умная женщина. Вижу - горянка.

САТИН. Твой ход, Татарин.

ТАТАРИН (бросает карты). Ты чего меня злишь? А? Какой я тебе такой татарин? Я тат. Понял? Тат!

ИДИОТ. Тат или татарин - какая разница? Ислам.

ТАТАРИН. Совсем ослиная башка! Я ветеринарный диплом купил, про ишаков все знаю: они умнее тебя! Таты - это горские евреи!

БУБНОВ (поет). Горные евреи спят во тьме ночной...

МЕДВЕДЕВ. В школе сержантов учили - есть такая кавказская национальность.

БУБНОВ. Тихие долины полны свежей мглой...

ТАТАРИН. Вот, из милиции, совсем тупой, а знает! Доктор Илизаров руки из ног делал, татом был! Все умные люди - таты.

ЗОБ. Не кипятись, Асаф.

ТАТАРИН. Не могу я с этих русских! Мы три тысячи лет от фараона убежали, Нас Бог избрал. А вы - триста лет как из лесу вышли с царем Петром - и что? И где ваша Тора? Где ваш Божий закон?!

САТИН. Правда - вот бог свободного человека.

КЛЕЩ. У нас на цех до сих пор только "Правду" и выписывают.

АКТЕР. Ложь - религия рабов и хозяев.

ТАТАРИН (грозит Сатину). 3ачем карту прячешь? Э! ты...

АННА. Что-то трясет меня, холодно, дедушка.

ЛУКА. А согреться бы не мешало. Осталось еще?

АННА. Пустая. Андрюшенька!

КЛЕЩ. Иди спать.

ЛУКА (Анне). Пошли, придумаем что-нибудь. Жизнь, Анна, она полна неожиданностей.

АННА. Вот и батюшка мой так говорил. (Уходят.)

АКТЕР (Сатину). Вечерняя репетиция будет?

САТИН. Что там по расписанию?

АКТЕР. Убийство Костылева.

САТИН. Как придет, так сразу и прогоним эпизод. Пепел готов?

Актер стучит в дверь Пепла. Тот выходит. Зоб и Бубнов поют.

АКТЕР. Костылева убивать будешь. Готов?

ПЕПЕЛ. Этого всегда готов.

БУБНОВ (Медведеву). Руки вверх, граждане бандиты. Сопротивление бесполезно. Шах!

МЕДВЕДЕВ. Где?

КЛЕЩ. В гнезде! (Анне.) Куда?

Анна и Лука что-то проносят в узле через кухню на выход.

АННА. Погуляем с дедушкой перед сном.

КЛЕЩ. Чего?

ЛУКА. Ей воздух нужен свежий.

КЛЕЩ. А мне пиво свежее. Смотри, дед, я ужас какой ревнивый. Пиво принесите!

Анна и Лука уходят.

ТАТАРИН. (Сатину). Куда карту в рукав прячешь? Честным надо быть!

САТИН. Кто сказал?

ТАТАРИН. Бог сказал!

САТИН. А вдруг Бога нет?

ТАТАРИН. Верблюда по горбам, а дурака по словам видно.

МЕДВЕДЕВ. Верблюд - он без ушей, он ноздрей слышит. Сдаюсь.

ЗОБ. Кончай, Асаф, пошли товар готовить.

Уходят к себе.

Входит Алешка. Сатин и Актер играют в карты вдвоем.

ИДИОТ. Алеша, мальчик мой, что так поздно?

АЛЕШКА. Отстань.

ИДИОТ (спускается по лестнице). Не говори со мной таким тоном. О, как ты потом будешь стыдиться своего поведения. От тебя табаком пахнет! Ты куришь? Нет, скажи мне честно - ты куришь?

АЛЕШКА. Батя, отстань. Жрать давай.

ИДИОТ. Как успехи в училище?

АЛЕШКА. Жрать давай, будут и успехи.

МЕДВЕДЕВ. Ты как с родителем разговариваешь, щенок?

АЛЕШКА. Как щенок. (Уходит с Идиотом.)

Входит Квашня.

КВАШНЯ. Намаялась. Руки-ноги отваливаются.

МЕДВЕДЕВ. Ну, я пошел.

БУБНОВ (ехидно). А сахарку с чайком? А партеечку?

МЕДВЕДЕВ. Ну, разве что еще одну.

БУБНОВ. Без тебя там только спокойнее будет.

КЛЕЩ (спускаясь по лестнице). У нас сегодня в цеху мужик на спор за три секунды пол-литра пил. Мировой рекорд ставил.

БУБНОВ. Ну и как?

КЛЕЩ. Утром тренировался - все было о'кей. А тут закашлялся и тп-р. Две секунды проиграл. Аж заплакал от досады.

КВАШНЯ. Бог плачет от досады, на нас сверху глядючи. Работнички. Паша, тебе с чем бутерброд?

БУБНОВ. Мне с сыром.

КВАШНЯ. Перетопчешься.

БУБНОВ. Вот не буду с твоим Пашей играть, он к тебе ходить перестанет.

МЕДВЕДЕВ (жует бутерброд). Вкусная колбаса.

Входят КОСТЫЛЕВ, Василиса и Наташа.

КОСТЫЛЕВ. Вечер добрый.

МЕДВЕДЕВ. Здорово.

ВАСИЛИСА. Такую жуть смотрели, я аж вся вспотела от страха. Чур, я первая. (Уходит в туалет.)

КЛЕЩ. Щас репетиция будет.

КОСТЫЛЕВ. Доведет он нас своими репетициями. Наташка, иди домой.

НАТАША. Сейчас. (Подымается по лестнице.)

АКТЕР (стучит во все двери). Пришли. Все на репетицию!

САТИН (выходит из комнаты). Собирай народ.

Актер бегает с колокольчиком и кричит "На репетицию". Все обитатели квартиры, кроме Луки, Анны и Насти потихоньку собираются на кухне и на антресолях.

САТИН. Тишина. Мною отмечено брожение умов. Дескать, чего стараться, полюби нас черненькими, а беленькими нас всяк полюбит. Все запущено в ход, уже назначен день премьеры, но! свобода слова, движения, жеста сама не придет. Мы приступаем к заключительной фазе нашего действа - фазе драматических импровизаций! Я задаю тему - естественно, классическую - далее семя, вложенное мною в вас, должно прорасти естеством мысли, слова и действия. Вопросы будут?

ТАТАРИН. Дорогой, как брата прошу - скажи нам, что делать - мы сделаем.

САТИН. Сегодня вы должны убить Костылева.

КОСТЫЛЕВ (жене). Васка, ты слышишь? Паша, да что ж это за спектакль такой?

КЛЕЩ. Чего бздишь? Это ж только понарошку!

САТИН. Вы должны убить его═- дракона вашей квартиры, но только в своей душе. Желание должно быть величественнее действия.

КЛЕЩ. Бей драконов!

КОСТЫЛЕВ. Паша! Ну скажи ты им всем!

МЕДВЕДЕВ (жуя бутерброд). При мне не посмеют убить. Не боись, отмахивайся.

САТИН. На афише - большими буквами - консультант по рукопашному бою Медведев Павел!

МЕДВЕДЕВ. Начинай.

КОСТЫЛЕВ. Стой! За что меня мучить? Что я вам плохого сделал?!

ЗОБ. Да не будем мы тебя мучить - чик! И ты уже на небесах.

КЛЕЩ. Ты, блин горелый, всем жизнь заедаешь! Да нельзя, сюда нельзя! Да кто ты такой?

КОСТЫЛЕВ. Я ответственный квартиросъемщик!

ПЕПЕЛ. Вот за это и убьем.

КОСТЫЛЕВ. Василиса! А? Твой-то хахаль?! А?

ВАСИЛИСА. Какой он мне хахаль?! Ты чего меня при людях позоришь?

КВАШНЯ. Я блядства в квартире не потерплю!

ВАСИЛИСА. Ты кому это кричишь?!

КВАШНЯ. Я женщина честная, а на воре и шапка горит.

ВАСИЛИСА (Костылеву). Чего молчишь, когда жену твою позорят?!

КОСТЫЛЕВ. Тебя Васька позорит.

ПЕПЕЛ. А кому-то сейчас в зубы за Ваську!

НАТАША. Вася, не надо!

ПЕПЕЛ. Нет, надо! (Сбегает вниз по лестнице.)

САТИН (Пеплу). Медленнее иди! 3асучивай рукава! (Костылеву.) А ты бойся! Больше бойся! (Всем.) На две группы! Галдим! Одна за Пепла! Вторая за него!

ПЕПЕЛ. Держите меня! Я его убью! (Его хватают.) Сундук! Макарон! Я таких душил в армии!

КОСТЫЛЕВ. Паша, он убьет меня!

МЕДВЕДЕВ. При мне не посмеет.

ИДИОТ (Пеплу). Нельзя так! Вы же интеллигентный человек!

ПЕПЕЛ (Идиоту). Пшел вон, идиот! (Дает ему пощечину.)

ИДИОТ. О, как вы будете потом стыдиться этого поступка!

АЛЕШКА. Не смей бить папу! (Бросается на Пепла.)

ТАТАРИН. (Костылеву). Ты, мужик, дай ему.

КОСТЫЛЕВ. А-а-а-аа! (Бросается на Пепла, которого держат за руки, и неумело месит его кулаками.)

ПЕПЕЛ. Пустите меня!!

САТИН. Быстрее! Еще быстрее! Все двигаются!

Пепел вырывается из рук и схватывается с Костылевым врукопашную. Все мешают или помогают им по мере сил.

МЕДВЕДЕВ (жуя бутерброд). Плохо дерутся.

ЗОБ. Давай-давай!

ТАТАРИН. Куча мала!

САТИН. Об стенку его!

Пепел с разбегу втыкает Костылева головой в стенку. Тот стенку проламывает и застывает неподвижно. Наружу торчит только его зад.

САТИН. Отлично!

Медведев свистит в свисток. Все замирают.

ВАСИЛИСА. Убили! Убили! (Обращаясь к заднице.) Ваня, ты мертвый? Скажи хоть слово! (Кидается на Пепла.) Убил! Убил мужа! Теперь на мне женишься, скотина! Не уйдешь от ответа!

НАТАША (Кидается на Василису.) Твой первый начал! Не женись на ней, Вася!

МЕДВЕДЕВ (свистит). Тихо! Всем отойти от трупа тела! (Трогает Костылева.) Еще теплый. (Василиса начинает выть.)

КВАШНЯ. Может, скорую?

МЕДВЕДЕВ. Поздно, уже остывает. Доигрались, сукины дети. Несчастный случай.

Костылев сучит ногами.

О, судороги пошли.

КОСТЫЛЕВ. Помогите! Помогите!!

ВАСИЛИСА. Живой! Его голос!!

Пепел и Клещ вытаскивают Костылева. У него в руках серебряный сервиз, сложенный в большую старинную серебряную чашу.

ВАСИЛИСА. Что это? А ну, дай сюда!

КОСТЫЛЕВ (крепко вцепившись в чашу). Мое! Я первый нашел! Не трогай!

ЗОБ (быстро осматривает пролом). Пусто.

КВАШНЯ. Это барина клад! Бабка всю жизнь говорила═- барин ночью прятал все, что было! Два клада сделал! И исчез!

ТАТАРИН (быстро). Говори, где второй?!

КВАШНЯ. А мы и в первый не верили!

КОСТЫЛЕВ. Мое. Все мое! Я первый нашел, я ответственный здесь! Сдам государству, танк подарю родной части.

КЛЕЩ. Я те дам танк! Это общая квартира!

ИДИОТ. Мы все сдадим!

ВАСИЛИСА. Кто это все?! А это видели? (Показывает всем кукиши.) Марш в комнату! (Костылеву.) Чего стоишь, дурак! Наташка, домой!

ТАТАРИН. Какой такой домой? Все его убивали - все делить будем! Закон такой есть! (Медведеву.) Начальник, скажи им! (Сует Медведеву пачку денег.)

КОСТЫЛЕВ. Государству надо сдать.

МЕДВЕДЕВ. Государство═- это я! (Сует кулак под нос Костылеву.) Видал? Давай сюда! Сейчас как врежу! Без репетиций!

ВАСИЛИСА. Паша, ты чего?

КВАШНЯ. Цыц, потаскуха!

ВАСИЛИСА. Ваня, да что же это? Мы нашли, а нас пугают?

БУБНОВ. Приперло.

САТИН. Помреж!

АКТЕР. Я!

САТИН. Почему беспорядок на сцене?

АКТЕР. Кончайте базар.

САТИН. Вы чувствуете глубину моего замысла? Вы видите Божью благодать во всех наших начинаниях?! Вы все грешники! Вы дно! И в худшую годину вашего бытия Он (Указывает наверх.) протягивает вам руку помощи. Он нас испытывает и благословляет! Это не просто клад! Это рука Божья, дарующая нам милость! Это знак свыше! Вот он (Указывает на Костылева.) Он избран орудием божьим - пробить брешь в стене людской неблагодарности.

ПЕПЕЛ. Я же им бил!

САТИН. По наущению свыше. Я сказал тебе: "Бей!" Ты ударил! Он проломил! И мы спасены. Видите цепь событий?

БУБНОВ. А мы?

САТИН. А вы вдохновляли: "Вася, бей! Бей его!"

КЛЕЩ. Чего тогда стоим? Где второй клад? Возьмем его (указывает на Костылева) и раздолбаем башкой все квартиру к гребаной матери! Михалыч, как голова? Не болит? Обмотаем полотенцем и ба-бах!!

КОСТЫЛЕВ. Нет! Он мой! (Обнимает чашу.)

САТИН. Твой. И наш. Всем хватит.

КЛЕЩ. Взять да поделить. Прямо щас.

ЗОБ. На общак долю надо - зону греть.

БУБНОВ. Тут все надо хорошенько взвесить.

ТАТАРИН. Зоб, весы! (3об убегает за весами.) Почем серебро сегодня?

АЛЕШКА. Доллар - грамм. Тысяча рублей.

ТАТАРИН. Покупаю.

Зоб возвращается с весами.

Хорошо смотрите. (Костылеву.) Дай сюда!

КОСТЫЛЕВ. А-аа!

ВАСИЛИСА (мужу). Дурак!

ТАТАРИН. Два с половиной кило.

ЗОБ (считает на калькуляторе). Два с половиной лимона. На каждого по сто пятьдесят тысяч и двести на общак.

КВАШНЯ. Сто пятьдесят? (Падает в обморок.) А-ах.

Входят Настя, Лука и Анна.

КЛЕЩ. Пиво принесли?

АННА. Кончилось. Дедушка кончил.

МЕДВЕДЕВ. Клади ее на стол! Делаю искусственное дыхание!

НАСТЯ. Что случилось? Чего он ее тискает?

ЛУКА. Квашню убили. Доквакалась. Пошли, Аннушка, от греха подальше.

КВАШНЯ. Я тебе дам - "тискает"! Паша, еще немножко.

ТАТАРИН (Зобу). Раздай всем деньги.

КВАШНЯ. И этому мудаку?! (Показывает на Луку.) Я не согласная.

САТИН. У него центральная роль. Москвин! На фактуру взгляните!

ЛУКА (Анне). А пиво вкусное было. Чего вы все уставились?

ТАТАРИН. От меня даю ему долю! Что вы за народ, русские! Старики у вас хуже собак живут. Сами стариками будете, куда пойдете?!

Все. Браво, молодец, а говорят - жиды жадные. Так это горные жиды, они не такие! Жид═- он везде жид, хоть на горе, хоть под горой!

Зоб раздает всем деньги. Легкое столпотворение, как и у всякой кассы.

САТИН. Репетиция закончена. Объявляю благодарность Костылеву. Берите с него пример!

КЛЕЩ. Костылев, ты голова! Завтра в цехе ребятам расскажу.

МЕДВЕДЕВ. Эй, все! Ежели кто пикнет только про клад - будет со мной дело иметь! (Клещу.) Понял, ты, придурок?!

КЛЕЩ. А я что? Как все, так и я! Эх! Однова живем! Бубнов, что с деньгами делать?

БУБНОВ. На хрен они мне? Жил спокойно, теперь думать надо, куда пристроить. Алешка, чего купишь?

АЛЕШКА. Кроссовки.

КЛЕЩ. Мне, что ль, кроссовки купить? Во, мля, ребята ржать будут. Не пойдет.

ЛУКА. Рваненькая!

Зоб меняет ему купюру.

АННА. Андрюша, давай еще раз телевизор купим.

КЛЕЩ. Можем позволить. Только обмыть надо, чтоб не горел.

ТАТАРИН. Эй, мужики! Зоб, дай им всем вино! хачапури! зелень! Столы готовьте - удачу отмечать надо! Женщины, не стойте, как статуи! Закуску несите! Лобио! А? Сатин, скажи всем!

САТИН. Алеша! Давай музыку!

Все готовят столы, несут закуску. Алешка приносит баян и играет подходящую к случаю мелодию.

КЛЕЩ (Квашне). Эй, поди сюда. (Отходят на авансцену.) Чего тебе бабка перед смертью говорила? Ну там, про второй клад. Намекала старая, а?

КВАШНЯ. Так паралич у нее был восемь лет. Она мычала и все! (Показывает.)

КЛЕЩ. Может, рукой куда показывала?

КВАШНЯ. Показывала. Целый день показывала.

КЛЕЩ. Куда?!

КВАШНЯ. На судно показывала. Намекала.

КЛЕЩ. Какое судно? Где?

КВАШНЯ. Поджопное. В ванне лежит.

Клещ уходит в ванную.

ИДИОТ. Настя, что вы с деньгами будете делать?

НАСТЯ. А тебе что? На сберкнижку положу.

ИДИОТ. Приоделись бы. Вы такая симпатичная, а читаете черт знает что.

НАСТЯ. Чего лезешь?

ТАТАРИН. Жениться хочет. Глаза вижу, он жену ищет. Такие глаза.

ИДИОТ. Алеше нужна мать. Мальчик портится на глазах.

САТИН. Прошу всех к столу! (Из ванной выходит, Клещ с судном в руках.) Видите? (Указывает на Клеща.) Человек уже в образе. Он уже живет законами сцены! Берите с него пример. Ваня, поцелуй Василия, по-актерски, помиритесь! (Костылев осторожно целует Пепла.) Возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть по одиночке! Ну, мои любимые органоны, вдарим по макробиотике и энергополям! За удачу! За нас с вами!

БУБНОВ (указывает на зрительный зал). И хрен с ними.

САТИН. Барона нет до сих пор. Без Барона не пьеса. (Идиоту.) Может, все-таки передумаешь?

ИДИОТ. Я родился Идиотом, Идиотом и помру!

АЛЕШКА. Меня тоже в училище Идиотом зовут.

ИДИОТ. Это у нас семейное. Сын мой! Идиот! Пошли, тебе спать пора.

Идиот и Алешка уходят.

ТАТАРИН. Дорогие мои! Хочу за вас всех выпить! Летом всех в горы приглашаю! Воздух - мед! Девушки═- персики! Мужчины - орлы!

КОСТЫЛЕВ. Стреляют у вас.

ТАТАРИН. А у вас нет, да? И мы постреляем! У меня пулемет дома! За вас, дорогие мои! Лехаим!

Все. Спасибо! Алаверды! Лехаим! Пей до дна!

ТАТАРИН. Зоб, пошли! Дела не хрен, стоять не должны! (Уходят.)

КОСТЫЛЕВ. Голова тяжелая. Пойду, прилягу.

ВАСИЛИСА. Наташка, проводи.

НАТАША. Сам дойдет.

МЕДВЕДЕВ. Пора мне, дежурство кончается.

БУБНОВ. А на посошок, Пашенька?

МЕДВЕДЕВ. Ну, разве что на посошок. (Выпивает стакан.)

КВАШНЯ (провожает Медведева). Береги себя.

МЕДВЕДЕВ. Не дурак. (Уходят.)

Через кухню проходит Клещ с кувалдой и ломиком. Он заболел кладоискательством. Возвращается Идиот.

КВАШНЯ (возвращается). Он там весь коридор разбомбил, засранец!

САТИН. Так надо. Формируется среда обитания.

АКТЕР. Предлагаю традиционный тост за наших дам!

ЛУКА. Вот где скрыты истинные клады! Анна, за тебя!

ВАСИЛИСА (Пеплу). А ты, герой, чего молчишь?

ПЕПЕЛ. Думаю. Отчего это вы все такие придурки?

ВАСИЛИСА. Ой, ой, не дурней тебя.

САТИН. Наивен ты не по годам, брат Василий. Думаешь, еще есть умные люди?

АКТЕР. Наивного трудно играть. Вот, помню, дали мне идиота...

ИДИОТ. Меня?

АКТЕР. Настоящего. Конечно, не Смоктуновский, но цветы были...

НАСТЯ (читает газету). О, послушайте. Тоже придурок. "Интеллигентная девушка тридцати пяти лет познакомится с интеллигентным славянином без вредных привычек". Девушка! Вот курва наглая!

БУБНОВ. Такого славянина нет в природе по определению.

САТИН. Я вот, друг Василий, в жизненных боях, отступая на заранее подготовленные позиции, все свои иллюзии расстрелял. Без иллюзий, брат, жить стало намного легче. Оставил себе только последнюю - как пулю в стволе - Бога! А вы, я вижу, все еще с иллюзиями пытаетесь. Бросьте все лишнее, идти же трудно.

БУБНОВ. Без них нельзя. Вот загробная или иная там жизнь - я знаю? Отними надежду - и все! Петлю намыливай.

АКТЕР. А-а, все можно и возможно. Вот мой несчастный организм - пропитан алкоголем по самые невыразимые. Даже в ногтях спирт нашли! Доктора в изумлении студентам показывали - пример невозможного, можно сказать, человек будущего!

ИДИОТ. Так не бывает - в ногтях спирт.

АКТЕР. Хочешь лизнуть?

КВАШНЯ. Кончайте гадости за столом.

ПЕПЕЛ. Ну что вы за придурки такие?

БУБНОВ. Дуракам счастье, ваше сиятельство.

ИДИОТ. Я заметил, дуракам везет больше, чем идиотам.

АННА (Луке). Дедушка, идем, я тебе альбом со школьными фотографиями покажу. (Уходит с Лукой.)

САТИН. Блаженны нищие духом. Для них в рай постоянный пропуск на вахте лежит.

ИДИОТ. Вы же не верите в иллюзии.

САТИН. Рад бы - да не могу, натура такая. Был маленький - думал, есть такие чудесные правильные школы, такие правильные пионерские отряды, где мальчики не занимаются рукоблудием. Потом думал, есть театры - храмы! актеры - титаны! режиссеры - боги! Ан нет - все блудят! Везде дерьмо. Тут единственное остается - сажать в это дерьмо семена, говорить волшебное крекс-фекс-пекс и ждать, если дождешься - вдруг прорастет цветок, проклюнется росточек.

БУБНОВ. Попал в дерьмо - сиди и не чирикай.

ПЕПЕЛ. А если чирикается?

БУБНОВ. Чирикай. Но негромко.

НАТАША. Вася, а ты кем хотел стать?

ПЕПЕЛ. Дура ты, Наташка.

ВАСИЛИСА. Нашел дуру. Иди спать, кому говорю. Не такая уж она и дура!

НАТАША. Сама иди. (Василиса уходит.)

Появляется Клещ.

БУБНОВ (Клещу). Ну?

КЛЕЩ. Гадом буду - найду. (Уходит.)

САТИН. Я в него верю. Он выше сытости! Кто ищет, тот всегда найдет! Он человек.

БУБНОВ. У меня отчим был, в энкаведэ служил, тоже, заглотит стакан за ужином - "Кто ищет, тот всегда найдет!" - и спать. Тоже человеком работал.

Проходит Клещ с ломом, подымается по лестнице, заходит в одну из каморок. Некоторое время спустя слышны звуки долбания стены.

КВАШНЯ. Лучше бы за Анной смотрел. Иду - а они в коридоре обжимаются! Дедушка да дедушка! Тьфу, чистый срам. Он ей в отцы годится!

САТИН. Не судите, и судимы не будете. Где ж Барона нам найти?

БУБНОВ. Вымерли бароны.

НАСТЯ. А этот еще, сморчок какой-то. Шестьдесят три года, а туда же! Бабу ему подавай, да не старше тридцати. Вот сволочь!

КВАШНЯ. Сексуальный маньяк! (Стук в стену становится все громче и громче.) Да что он, идиот? Посреди ночи!

ПЕПЕЛ. Интересно, эти деньги к счастью?

САТИН. Деньги никого счастливым не делали.

АКТЕР. Вот, помню, подхалтурили изрядно на Новый год. Елочка, зажгись! Тогда еще деньги в цене были. Ну, натурально, накрыли стол, сели... Очнулся я, а уже восьмое марта.

БУБНОВ. С праздничком, дорогие женщины!

Стена трясется, с нее падают вещи.

КВАШНЯ. Остановите его! Что ж это делается, люди добрые? Он всю квартиру разнесет! Содома и Гоморра!

Слышны вопли Клеща, вошедшего в раж.

САТИН. Вот оно, действо! Давайте за Клеща! (Пьют.)

АКТЕР. Последний день Помпеи! Старик! Сюда, мой верный Кент!

САТИН. Миклухо-Маклай идет - х-хо!

КВАШНЯ. Милиция! Пашенька! Милицию сюда!!

Кусок стены обрушивается. В проеме возникает скелет Барона, одетого в парадный мундир золотого шитья, с орденами и орденскими лентами. Несет его торжествующий Клещ.

КВАШНЯ. Барин вернулся!! (Падает в обморок.)

НАТАША. Вася! (Бросается к Пеплу.)

АКТЕР. Бедный Йорик! Мертвец! "Наши сети притащили мертвеца...", стихотворение Беранжера!

САТИН (взбегает по лестнице, обнимается со скелетом). Вот он - Барон!! Мертвецы не слышат! Мертвецы не чувствуют... Кричи... реви... мертвецы не слышат!..

В двери появляется Лука с бюстгалтером в руках.

Конец второго действия.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

На донышке, 3 действие

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Интерьер усилиями Клеща-кладоискателя изменился к лучшему. В стенах появились рваные дыры, часть вещей, висевших по стенам, стоит на полу. Стало заметно теснее, грязнее и беспорядочнее. Скелет Барона в парадном одеянии стоит на антресолях, с удовлетворением озирая свои владения. Сатин выходит из каморки, разглядывает Барона. Внизу Актер с Бубновым с утра пораньше похмеляются водкой. Идиот готовит обед из курицы. Наташа сидит у стола и грызет семечки.

САТИН (спускается вниз по лестнице). Кто это бил меня вчера?

БУБНОВ. А тебе не все равно?

САТИН. Положим так... 3а что били? Мерзавцы...

АКТЕР. Реалии вперемешку с замыслом... Никто тебя не бил. Мыслимо ли поднять руку на главного режиссера? Крамола... Армагеддон!! Пей. Так и до безбожия можно дойти!

САТИН. Что ж тогда все болит? С Богом. (Выпивает.) О! (Показывает на Барона.) Скелетон органона Барона. Он сейчас живее всех живых. Надо ему глаза вставить.

БУБНОВ. И так хорош. Я ночью пошел в туалет, темно. Глянул на него, чуть на месте все не сделал.

НАТАША. Он очень попсовый. В училище хотят даже к нам экскурсию по литературе сделать.

САТИН. О, как я угадал. Боги, боги! (Смотрит на бутылку.) Никак все?

БУБНОВ. И концом радости бывает печаль.

АКТЕР. Вот. Последний доллар. Какой сегодня курс?

БУБНОВ. Быстро мы наследство тово. Барон всю жизнь копил, а мы - фук. Так и надо.

САТИН. На бутылку хватит. Доллар всегда бутылка и еще чуть-чуть. Иди. Я пока над сценой подумаю. Что там сегодня?

АКТЕР. Буревестник - живая картина. Девушка и Смерть - картина мертвая.

САТИН. Кто у нас Смерть?

АКТЕР. В первом составе Аннушка, во втором Кривой Зоб.

НАТАША. Я - девушка, а Вася - Парень. Он у меня на коленях уже спать репетировал.

Актер уходит за водкой.

БУБНОВ. Пустили козла в огород.

САТИН (Наташе). Обнаженной играть сможешь?

НАТАША. Васка побьет. Пойду слова учить. (Уходит.)

САТИН. Деньги, Бубнов, кончились. Вся надежда на Клеща.

Входит Клещ с миноискателем, меряет им по кухне.

БУБНОВ. Где взял?

КЛЕЩ. С соседнего завода за пол-литра вынесли. Пищит, сука, все время. На любую железяку.

ИДИОТ. Ложную информацию выдает. Надо понять логику Барона.

КЛЕЩ. Логика у Бобика! Долбать надо, вот и вся логика! (Долбает.)

Входит плачущая Анна, с косой в руках, за ней Актер с водкой.

САТИН (Анне). Чего ревешь? Слова выучила?

АННА (сквозь слезы). Беспощадною рукой люди ближнего убьют и хоронят. И поют: "Со святыми упокой!" Не пойму я ничего!

САТИН (Актеру, выпив). Нет, Йоська все-таки был не прав. "Фауст" Гете, пожалуй, посильнее этой штуки будет. Плачущая Смерть - это хорошо, эта находка многого стоит. Фиксируем.

АННА (плачет). Лука. Лука. Бросил дедушка. Ушел.

САТИН. Что значит "ушел"? К кому?

АННА. Мы с ним хотели в мавзолей съездить, посмотреть, пока лежит еще. За билетами, говорит, схожу. Деньги взял и ушел.

САТИН. Когда?

АННА. Вчера. Думала, вернется. А говорил, люблю. Целовал. Господи, ну почему я такая несчастная?

БУБНОВ. А кто тебе сказал, что ты должна быть счастливой?

САТИН. Не реви. Мы тебе нового поймаем.

АКТЕР. Допьем вот и поймаем. Хорошо бы безногого, чтоб не убежал.

БУБНОВ. Лучше без хрена, а то Клещ сатанеет.

САТИН. Идея хороша. (Актеру.) Ну не тяни резину, допивай и пошли!

Сатин и Актер уходят. Клещ долбит стену.

БУБНОВ (Клещу). Чего ты ломиком? Попробуй рогами, пока крепкие.

КЛЕЩ (Анне). Изменишь еще раз - убью и тебя, и себя. Я тебе ни разу не изменил, даже в санатории. Ребята в раздевалке смеются - давай рога, полотенца вешать будем! А я тебе верил. Эх!! (Остервенело стучит в стену.)

АННА. Давай попробуем жить сначала.

КЛЕЩ. Я рабочий человек. Я не позволю себя рогатить. Мне так который год не даешь!

АННА. Так ты и не просил который год.

КЛЕЩ. У меня гордость тоже есть. С протянутым хреном ходить не собираюсь.

АННА. Андрюшенька! Прости меня. Я теперь до конца жизни буду только тебе верна! Пошли, начнем жить сначала.

КЛЕЩ. Сначала, сначала! Нет тебе веры.

АННА. А ты верь мне, Андрюшенька. Верь мне, милый. (Уводит Клеща.)

БУБНОВ. Пахнет сексуальной революцией. Верхи не могут, а низы не хотят.

ИДИОТ. Это от курицы такой запах. И когда она успела, не пойму.

БУБНОВ. Лев Николаевич, а ты чего телишься? Бери Настю за зебры и дуй до горы.

ИДИОТ. Вы думаете, я могу рассчитывать на взаимность?

БУБНОВ. Мысль в таком деле только вредит действию. Если бы, к примеру, я был бабой, ты бы у меня ходил холостым не дольше этого цыпленка.

ИДИОТ. Вообще-то Алеше нужна мать, мальчик портится на глазах...

БУБНОВ. Как эта курица.

ИДИОТ. Боюсь я второй раз испытать личную трагедию. Алешина мать, хоть она и бросила нас, была неХобыкновенной женщиной.

БУБНОВ. Необыкновенной? Что-нибудь поперек?

ИДИОТ. О, не говорите так, вы же в душе своей очень чистый человек.

БУБНОВ. Надеюсь. А вот и предмет разговора.

Входит сияющая Настя. В руке у нее газета.

БУБНОВ (Насте). Чего лыбишься? Лев Николаевич, гни свое.

ИДИОТ. Настя! Вы сегодня такая красивая!

БУБНОВ. М-да, малость перегнул, князь.

НАСТЯ. Вот вам всем! (Бросает газету на стол.) Что с вами, босяками, говорить.

Входит Квашня.

КВАШНЯ. Грязь всякую с моего стола-то убери. Тут тебе не изба-читальня. Развелось интеллигентов. Навоняли тут своими курицами паршивыми. Газетами расшвырялись.

БУБНОВ (Насте). Чего такая радостная? Изнасиловали по ошибке?

НАСТЯ. Дождешься от вас. На вот, читай! Обведено где.

БУБНОВ (читает). "Молодая, привлекательная, интеллигентная девушка с незаконченным высшим образованием..." Знал я одну образованную... Ох, и образованная была!

НАСТЯ. Читай, читай!

БУБНОВ. "...с хорошей фигурой сто шестьдесят пять, восемьдесят, пятьдесят четыре..." Телефон, что ли?

НАСТЯ. Рост, вес и размер.

БУБНОВ. Маленькая танкетка. "Ответит да..." Ну эта ответит, так ответит! "...ответит да одинокому интеллигентному мужчине без вэпэ..." Без чего у него?

НАСТЯ. Без вредных привычек!

БУБНОВ. "Пьющих просят не беспокоиться". А я спокоен. "Жильем и продуктами обеспечена. Увлечения: театр, кино, библиотеки, выставки, книги, газеты, журналы, открытки, животные, путешествия, астрология, гребля". Кайф. Ну?

НАСТЯ. Чего "ну"?

БУБНОВ. Ну прочитал.

КВАШНЯ. Гребля! 3наем мы вашу греблю - вверх ногами! Вот наглые девки пошли, буковку прибавят, и нате вам - гребитесь, люди добрые! Срам! (Идиоту.) Ну и вонища от твоей заразы.

ИДИОТ. Интересно бы взглянуть на эту особу.

НАСТЯ. Это я.

БУБНОВ. Ни х..! (Смеется.) Настя, это вот ты?!

НАСТЯ. Отдай! (Отбирает газету.) Не лапай, чмо необразованное!

КВАШНЯ (Насте). Ты, что ль, написала?

НАСТЯ. Ну я.

БУБНОВ. Откуда у тебя незаконченное высшее?

НАСТЯ. Так я ж ничего и не кончала.

ИДИОТ. В этом определенно есть логика!

БУБНОВ. Ой, умру! А интеллигентная ты откуда?

КВАШНЯ. От верблюда! Во, невеста из кислого теста. Настя, я тебе вот что скажу: выкинь эту дурь из головы. Мужики - все сволочи. Как один. Кроме этого. (Показывает на Идиота.) Этот не сволочь, потому что идиот!

ИДИОТ. О, как вы будете потом стыдиться этих слов! Настасья Филипповна, не слушайте вы их. Вы все правильно написали. Эта интеллигентность у вас врожденная, из души идет. Вы достойны большой любви. Только не надо этих объявлений - могут ведь и нехорошие люди попасться.

КВАШНЯ. Подлецы - все, как один! Уж я-то знаю! Вам только одно от нас и нужно!

БУБНОВ. А как же Пашенька? Ангел?

КВАШНЯ. Паша не мужик, а страж порядка!

ИДИОТ. Настя, я давно хотел... Алешка вот, отбивается... курица тоже вот... Я ведь еще не стар. У меня нет вредных привычек!

КВАШНЯ. А кто свет за собой в сортире не гасит?

БУБНОВ. Назвалась груздем - вот и грибничок! Дура, он тебе предложение делает.

НАСТЯ. Вот этот вот? (Указывает на Идиота.)

ИДИОТ. Я, в общем-то, словом, ну... Я...

НАСТЯ. Ха! Видите? Это первый! А сколько сейчас по всему городу письма пишут?

КВАШНЯ. Блин, еще та парочка.

НАСТЯ. Да ну вас всех! Что у меня - нет гордости девичьей? - на первого кидаться! Да может, завтра здесь очередь будет!

БУБНОВ. В очередь, в очередь, сукины дети!

НАСТЯ. Дай мне хоть раз в жизни счастьем понаслаждаться.

БУБНОВ. Процесс важнее результата.

ИДИОТ. Настасья Филипповна, подумайте, прошу вас. Если мы будем бедны, я работать буду, Настасья Филипповна!

НАСТЯ. Кому ты нужен!

ИДИОТ. Я все-таки кандидат наук. Я преподавать могу. У меня шестнадцать печатных работ было.

НАСТЯ. Врешь! Не было этого!

ИДИОТ. В журналах! На конференциях выступал!

НАСТЯ. Не было этого! Не было!

ИДИОТ. Вы меня просто убиваете.

БУБНОВ (Идиоту). Не унижайся! Им всем бы только поиздеваться на халяву, а потом сами на десять лет дольше живут. С умильной мордой на могилку походить.

КВАШНЯ (Бубнову). Помолчал бы, педерас! А кто ни одной бабы ни разу не привел? Хоть бы для смеху.

БУБНОВ. Всему свое время. Время обнимать и время уклоняться от объятий.

Сатин и Актер вводят нового Луку. Новый Лука внешне мало отличается от старого, но несколько бойчее его.

САТИН. Где Анна? Смотрите, какого Луку мы ей поймали.

БУБНОВ. В нее Клещ впился!

САТИН (уходит). Анна! Анна...

Все настороженно осматривают Луку. Лука тоже осматривает всех. Наибольший интерес у него вызывает Настя.

ЛУКА (Насте). Как звать?

НАСТЯ. Анастасия.

ЛУКА. Настя, значит. Одинокая?

БУБНОВ. Эй, мужик, в очередь, в очередь. За Идиотом.

ИДИОТ. Мышкин, Лев Николаевич...

ЛУКА. Лукич. А это что за кикимора? (Указывает на Квашню.)

КВАШНЯ (Идиоту). Дай-ка сюда. (Берет курицу и бьет Луку по морде курицей.) Это тебе за кикимору. У меня муж - участковый!

ЛУКА. Все понял. Позвольте ручку! (Целует Квашне руку.) Дайте пожрать, люди добрые.

КВАШНЯ. Разбежался! (Дает Луке пирожок.)

Входят Анна и Сатин.

АННА. Обманываешь, небось. Где он?

САТИН. Самого чистого отобрали.

АННА. Дедушка! (Бросается к Луке.) Не он это!

ЛУКА. Я не я, и баба не моя.

НАСТЯ. Он в моей очереди вторым, вот за этим. (Показывает на Идиота.)

БУБНОВ. От заду.

НАСТЯ (Бубнову). Чмо!

Входит Клещ.

САТИН. Ну, вот и познакомились. Все. Приступаем к таинству репетиции. (Актеру.) Давай сюда Алешку с музыкой.

Актер уходит.

Так, теперь Лука. Понял свою роль? Давай что-нибудь для затравки.

ЛУКА (поет).

Ты подружка дорогая,

Зря такая робкая:

Лично я, хотя худая, но ужасно...

САТИН. Стоп! Стоп! Не пойдет. Смысл жизни - вот вокруг чего ты должен виться! Вечные истины давай.

ЛУКА. Так нет в жизни никакого смысла.

БУБНОВ. О!! Се человек! (Целует Луку.)

НАСТЯ. Как это нету? Я вот объявление дала.

ЛУКА. Верьте мне, люди. Уж я-то знаю!

КЛЕЩ. Тоже мне - Пушкин!

ЛУКА. Дубье вы все. Я инструктором обкома был. Все суета сует и томление духа. (Щиплет Анну.)

АННА. Хи-хи. Не щипайтесь.

ИДИОТ. Смысл в том, что надо что-то делать.

ЛУКА. Ничего не делай. Просто - обременяй землю!

САТИН (Луке). Стоп. Это мои слова. Ты про смысл копай глубже, с гуманистских позиций. Дескать, добро всесильно там... Или, еще, толстовство присобачь. Не мне тебя учить. С таким прошлым у тебя такое будущее.

Входит Алешка с баяном. На антресолях появляется Пепел и Наташка.

САТИН. Смерть!

АННА. Я!

САТИН. С косой наверх, к этим голубкам! Двигайтесь. Импровизируйте. Привыкайте друг к другу. Слова повторите!

ПЕПЕЛ. У меня слов нет.

САТИН. У тебя руки есть? Мне, что, тебя учить с девушкой работать? Алеша, друг мой, изобрази им танго смерти.

Алешка играет негромко, Пепел и Наташа танцуют, Анна с косой трется рядом.

САТИН. Песня о Буревестнике! Где Буревестник? "Над седой равниной моря...", где он?

Входит Актер в черном трико, с красными ластами на ногах.

АКТЕР. Ну как?

САТИН. Хорош! Пристегивайте его! Осторожнее. Выдержит?

КЛЕЩ. Вся бригада по очереди на крану каталась.

Клещ, Бубнов и Идиот подымают Актера на лонже к потолку.

АКТЕР. Ну как?

САТИН. Великолепно! Подвигай крыльями. Клешни вытяни. Ты в полете! Ты паришь! Девушка и Смерть! Уходите к Ваське. Мешаете. Алеша, что-нибудь под бурю такое... старинное...

Анна, Наташа и Пепел уходят в комнату.

Текст. Давай по тексту. Над седой. Между тучами. Он кричит! Ну?! (Актер кричит.) Не слышу радость в гордом! гордом крике птицы! А ты как гусак перед случкой! (Актер кричит.) Жажда бури! Сила гнева! Пламя страсти! Страсть! Дай мне страсть. Вот так. Фиксируем. Дальше. Чайки... И гагары тоже... Вот вы (Насте и Квашне.) Стоните перед бурей. Как только он начинает летать, вы стоните, вы боитесь, вам недоступно наслажденье битвой жизни.

АННА (выходит). Меня Васька выгнал. У меня, говорит, руки падают, когда тебя вижу.

Актер закуривает.

САТИН. Вниз, чайкой будешь. Чайка с косой. Хорошо. Стоните и мечитесь. Алеша, больше ужаса!

Анна, Настя и Квашня довольно толково изображают чаек.

Мне нравится. (Заглядывает в текст.) Что там у нас? Глупый пингвин...

Входит Костылев с повязкой на голове.

САТИН (Костылеву). Ты пингвин раз, Лука - два. Идиот - пингвин три. Построились в шеренгу. Напра-во! Видели, как пингвины ходят? Алеша, пингвиний марш! Три-четыре! Оп-па. Оп-па! Хором текст!

ПИНГВИНЫ (маршируют).

Глупый пингвин робко прячет

тело жирное в утесах.

Повторяют два раза.

АКТЕР. Сверху - просто чистый Мейерхольд!

БУБНОВ (бросает лонжу). Да кто так ходит?

Анна, перед этим сменившая Клеща, ушедшего в туалет, взмывает к потолку. Актер же приземляется. Никого это не удивляет.

АННА (тихо). Ой, упаду. Ой, упаду. (Повторяет все время.)

БУБНОВ (исступленно). Так адельки ходят! Суетливые! А вы императоры! Как митрополиты! В золоте! Стройные! Как будто они что-то важное знают! Они... они... ну поймите... Снег... безмолвие... и императоры чередой!

КОСТЫЛЕВ. Глупый пингвин... с жирным телом... Классика!

БУБНОВ. Это ты глупый! Это ты с жирным телом! Да их там миллионы! Ты там за двадцать минут голым сдохнешь! Они мудрее всех нас! Они не знают страха. Они часть мира. Это они живут! Они! Это ты прячешь тело жирное на службе!

Из туалета выходит Клещ.

КОСТЫЛЕВ. Они яйца на лапах носят.

БУБНОВ. Идите вы к черту со своими яйцами! (Убегает.)

АКТЕР. Что это с ним?!

КЛЕЩ. У нас в цеху у одного яйца тоже, как у пингвина, почти до лап достают. Когда сидит.

САТИН. Вот она - сила искусства! Человек проснулся! Все свободны. Всем спасибо!

Все расходятся. На сцене остаются Клещ, Актер, Сатин и Анна.

АННА. Андрюша! Сними меня отсюда!

КЛЕЩ. Ты чего меня опять позоришь, а? С голыми ногами, а?

САТИН. Здорово! Синяя птица! Метерлинк!

АКТЕР (вместе с Сатиным). Мы дружной вереницей идем за синей птицей!

Осторожно снимают Анну.

КЛЕЩ. Пошли домой! Ишь, примадонна нашлась! (Уводит Анну.)

Входит Василиса.

ВАСИЛИСА. Где эта дрянь? Где Наташка?

САТИН. Они с Пеплом "Девушку и смерть" репетируют. Она девушку играет.

ВАСИЛИСА (вбегает по лестнице). Знаю я, в какую девушку они играют! (Стучит в дверь.) Наташка, тварь, выходи! Выходи, кому говорят! Васька, открой, сволочь!

САТИН. Они взрослые люди. Отстань ты от них.

ВАСИЛИСА. Заткнись! Режиссер хренов!

Дверь открывается, на пороге стоит Пепел.

Где эта потаскушка?!

Пепел отвешивает Василисе пощечину и закрывает дверь.

АКТЕР. Ну что ты за стерва, Василиса. Все неймется тебе, все должно быть по-твоему.

Василиса медленно сходит по лестнице, плачет.

САТИН (Актеру). Перестань. Поплачь, Васка. Громче можешь.

Василиса плачет на плече у Сатина.

Принеси ей выпить. Там у меня за занавеской припрятано.

Актер идет за бутылкой.

Ну что ты, легче стало?

ВАСИЛИСА. Почему меня никто не любит?

САТИН. Ну кто тебе это сказал?!

Входят Бубнов и Лука.

ЛУКА. Когда баба плачет, значит, до предела дошла.

БУБНОВ. Бабьи слезы - легкие слезы. Знаю я ихнее племя.

Приходит Актер с бутылкой, разливает по стаканам.

ЛУКА. Дело хорошее. Правильно у нас хозяйство налажено.

САТИН. Выпей, Васка, червь и рассосется. Ну, други мои, в воздухе пахнет премьерой, тьфу-тьфу, чтоб не сглазить! В отделе культуры сказали: придем. С иностранцами. Не подведите, говорят.

Входит Клещ с фомкой.

САТИН. Эй, золотарь, помоги нам.

КЛЕЩ. И Василиса с вами?

САТИН (Клещу). Помолчи. Ну, за успех нашего безнадежного предприятия!

БУБНОВ. Жалко, только одна. (Василиса молча выходит.)

КЛЕЩ (Василисе вслед). Куда? А поговорить?

БУБНОВ. Отстань от бабы, видишь - не в себе. Чего тут было?

АКТЕР. Васька с Наташкой. Она туда. Васька ей как! Истерика.

САТИН. Страдание облагораживает.

ЛУКА. Враки это. Сказки братьев Гримм.

БУБНОВ. А ты страдал?

ЛУКА. Никогда. Я был идиотски счастливым человеком, есть и буду счастлив. Человек рожден для счастья, как птица для полета. Вывод: родился, значит счастлив. Помер - не повезло!

БУБНОВ. А я пингвин по гороскопу, летать не умею.

КЛЕЩ. А вот когда он ныряет, он яйца на снегу ложит?

БУБНОВ. Они парами на всю оставшуюся жизнь. Бабе оставляет.

КЛЕЩ. Как я с Анной?

БУБНОВ. Только не пьющие.

САТИН (глядя на бутылку). Мало!

АКТЕР. Что делать, Фауст!

Входит Василиса, за ней плетется Костылев. В руках у Василисы литровая бутыль шведской водки "Абсолют" и тарелка с закуской. Ставит все это на стол перед пьющими. Немая сцена.

САТИН. Прошу Вас, Василиса Карповна! (Усаживает Василису.)

КОСТЫЛЕВ. Васка. Ты что? С ума сошла? А? Все это вот им?

ВАСИЛИСА (мужу). Пшел вон. На место. (Костылев, пошатываясь, уходит.)

ЛУКА. Чего вы все оборзели, "Абсолют" не пили, что ли? А мы так в обкоме завсегда его, походя. Это у вас низкопоклонство перед западом играет. Водка как водка. (Разливает по стаканам.)

КЛЕЩ. Стой! Вот это вот "Абсолют"?

ЛУКА. Пей, пока дают.

КЛЕЩ. Оставь мне в бутылке.

БУБНОВ. Ну, Василиса, мила ты мне теперь. Что хочешь проси. Прости меня за все мои грехи.

ВАСИЛИСА. И ты меня прости, Бубнов.

Целуются.

САТИН. Хорошо. Я люблю, когда хорошо.

АКТЕР. Любо! Любо! Я передумал лечиться. Я буду пить дальше! До полной победы алкоголизма в одной, отдельно взятой личности! Ура, товарищи!

ВСЕ. Ура! Ура! Ура! (Выпивают.)

САТИН. Актер должен пить. Это его крест, и нести его надо с достоинством.

БУБНОВ. Нектар. И гонят шведы его из красивых, душистых цветов, собранных ранним утром в лесах под Стокгольмом. Ау-уу!

ЛУКА. Они тебе из дерьма будут гнать - оближешься! Зря мы их тогда побили.

КЛЕЩ. Когда?

БУБНОВ. Под Полтавой. А ты чего не пьешь?

КЛЕЩ. Сменщик мой, Митька, помирает он. Все мечтает "Абсолюту" перед смертью попробовать. Завтра в переменок отнесу ему.

САТИН. Жалко человека.

КЛЕЩ. Седьмой год пошел, как помирает. Ишиас у него. А денег не накопить на бутылку. Умру, говорит, и не попробую. Во обрадуется.

БУБНОВ. Может, он за мечту только и держится. Попробует - и помрет.

ЛУКА. И хорошо. Вот я за светлое будущее держусь двумя руками и не помираю.

БУБНОВ. Только не говори "Отчего это прежние дни были лучше нынешних?"

ЛУКА. "Ибо не от мудрости ты спрашиваешь об этом". (Целуется с Бубновым.)

Василиса запевает "Солнце всходит и заходит". Все подпевают ей.

Конец третьего действия.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

На донышке, 4 действие

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Сцена пуста, но все обитатели квартиры дома. На сегодня назначена премьера. На сцену выходит Сатин - на нем парадная одежда, собранная со всей квартиры. На антресолях недвижно стоит Барон.

САТИН (Барону). Ну что, Барон, настал наш час. Если ты там, наверху или внизу, уж не знаю куда угодил, что-то можешь сделать, помоги нам. Обещаю, как все закончится═- похороним по-христиански. Помоги. (Становится на колени, крестится.)

Входят сильно выпившие по случаю премьеры Актер, Идиот, Лука и Бубнов.

ЛУКА (Бубнову). Какого хрена ты меня учить будешь?! Я инструктором обкома был! Обкома! Не баран начихал!

АКТЕР. Старик Хэм! Обком звонит в колокол! (Увидев Сатина, становится на колени рядом с ним.)

БУБНОВ. Они разные были! Ты из какого обкома?

ЛУКА. Не помню. (Сатину и Актеру.) Мощам поклоняетесь? Не сотвори себе кумира.

БУБНОВ. Не мешай людям, гнида обкомовская.

ИДИОТ. Господа, не надо так! О, как вы будете потом стыдиться этих слов!

ЛУКА. А я ничуть не обижен! Я счастлив! (Бубнову.) Ты не прав, ибо участь сынов человеческих и участь насекомых - участь одна. И нет у человека преимущества перед насекомым...

БУБНОВ. Ибо все суета и томление (Хором с Лукой.) духа! (Обнимаются с Лукой и целуются.)

ИДИОТ. Судари мои. Я счастлив. (Кричит.) Я счастливый человек! Я горд этим! У меня есть будущее! И оно предсказуемо!

БУБНОВ. Вошь - это звучит гордо! Интересно, о чем может мечтать молоденькая, полненькая самочка вши?

ЛУКА (Бубнову). Антропоцентрист! Сейчас поймаем и спросим! (Ловит вшу.)

БУБНОВ (обнимает Идиота). У тебя тяжелый случай аутоспермотоксикоза. Тут только капли датского короля...

ИДИОТ. ...пейте, кавалеры!

ЛУКА. С утра выпил - весь день свободен.

ИДИОТ. Я свободен! Господа! (Сатину и Актеру.) Встаньте с колен. Прошу разделить с нами наше же счастье. (Разливает водку по стаканам.)

САТИН. Ну, братцы... За нас с вами.

БУБНОВ. И хрен с ними. Никак утро?

САТИН. Ждут.

ЛУКА. Зернышко кофе. Испытано.

ИДИОТ. А у нас на кафедре лавровым листиком все после обеда пахли. Какое было время, господа! (Плачет.) Господи, как я был тогда счастлив! О-ооо....

АКТЕР (Сатину.) Все! От нас уже ничего не зависит. Где-то, в полуверсте от края света стоит лечебница для глупых-глупых органонов.

САТИН. Организмов, дурак. Ты помнишь, что тебе сегодня вешаться?

АКТЕР. Мне ль бояться? С двумя суицидами в творческой биографии...

САТИН. Бог троицу любит.

АКТЕР. Типун тебе на язык. Ну, ни пуха, ни пера!

САТИН. К черту! (Уходит.)

ИДИОТ (рассматривает курицу). Свобода от чего бы то ни было - вот истинное счастье. Мне бы от этой птицы уйти куда-нибудь...

ЛУКА. Женись!

БУБНОВ. Се мудрец! (Целует Луку.)

Выходят Tатарин и нарядно одетая Настя.

Tатарин. ...все, что хочешь! Царица Тамара у меня будешь. Слушай, ну постой немного, красавиц!

НАСТЯ. Отстань. Вас много, а я одна.

ЛУКА. Грядет голубица!

БУБНОВ. Идиот! Давай! (Поет и пляшет.) Эври дей, ты посмотри, какая женщина...

ЛУКА (подхватывает). Эври дэй! Не пей воды из унитаза! О, эври дэй, к тебе пристанет там зараза!

ТАТАРИН. Эй, старик, зачем пьешь, когда не можешь?

АКТЕР. Куда это вы, Настасья Филипповна?

НАСТЯ. Так вам все и скажи. На свидание иду!

ИДИОТ. Зачем же вы так, Настасья Филипповна? А? Я ведь и умереть могу. О, как вы потом будете стыдиться за такие слова!

АКТЕР. Как счастье красит женщину!

ЛУКА. А горе только рака красит. Счастье, ты где?

БУБНОВ. Счастье в труде!

Появляется Клещ, трезвый и в мелу.

КЛЕЩ. Блин, к соседям попал. Они пельмени жрут, Только рты раскрыли, а тут я из стенки: "Приятного аппетита! Наши не пробегали?"

АКТЕР. Зримо. А они?

КЛЕЩ. Только головами мотают: нет, пельменей хочешь? (Уходит.)

ИДИОТ (Насте). Кто он?

НАСТЯ. Мужчина.

БУБНОВ (указывает на Идиота). А это что? Дерьмо на палочке? Ведь доктор наук!

ИДИОТ. Кандидат.

ТАТАРИН. Самец это. Мужчина - это когда с деньгами. Вот придешь туда - а там самец стоит!

АКТЕР. Дайте женщине шанс!

БУБНОВ. Как узнаешь?

НАСТЯ (мечтательно). Газета в правой руке, часы на левой, усы, берет, без очков, на груди татуировка.

БУБНОВ. И хрен меж кривых ножек. Пусть главное сразу покажет.

НАСТЯ. Вам бы все жрать да жрать! Как вы надоели!

ИДИОТ. Настя! Я не с ними! Вот, курица...

НАСТЯ. Иди ты в жопу со своей курицей! (Уходит.)

БУБНОВ (Луке). Я не ослышался? Так он не с нами? (Идиоту.) С кем вы, мастера культуры?

ЛУКА. Мы для них неподходящая компания, мы защититься не успели. Мы быдло-с! Парвеню!

ИДИОТ. Братцы! Я не хотел вас обидеть! Вырвалось!

АКТЕР. Нет, брат, первая реакция самая верная!

ТАТАРИН. Я тоже заметил, давно, вижу, не уважает! Ой, как я это не люблю! Вот. (Входит Зоб. Зоб! Ты меня?

ЗОБ. Уважаю.

ИДИОТ. Братцы! О, как вы потом будете стыдиться этого поступка! Оттолкнуть счастливого человека! (Падает на колени.) Простите счастливого человека! Простите человека! Простите! (Плачет.)

ЛУКА. Блаженны плачущие, ибо они утешатся.

АКТЕР. Аминь. Прощен. Встань, сын мой. Причастись. (Наливает Идиоту.)

ИДИОТ. Уважаю! (Выпивает.)

БУБНОВ. Где божий человек? Алешка!

Входит Алешка с баяном.

БУБНОВ. Давай мою! (Алешка играет, Бубнов поет.)

Уходит рыбак в свой опасный путь.

"Прощай" - говорит он жене...

Все подхватывают припев:

Лучше лежать на дне, в синей, прохладной мгле,

чем мучаться на суровой, жестокой,

проклятой земле...

ИДИОТ. Сын мой! Я горд за тебя! О, какой талант...

АЛЕШКА. Не пей, батя. Козлом станешь. (Уходит.)

Входит Медведев в майке и тренировочных штанах.

МЕДВЕДЕВ (вслед Алешке). Не сметь дерзить! О-ой, голова... Ну, долго мне лекарства ждать?

БУБНОВ. Извольте для поправки, господин околоточный! (Подносит стакан Медведеву.)

МЕДВЕДЕВ. Моей не видно? (Быстро выпивает и закусывает.)

Голос КВАШНИ. Паша! Ты где? А ну, домой!

МЕДВЕДЕВ. Иду-иду! (Убегает.)

ТАТАРИН. Типичный поведение самца.

ИДИОТ. Он счастливый человек.

БУБНОВ. А я?

ИДИОТ. И вы счастливый человек. Вы все счастливы═- уже тем, что появились на этот свет. Это ведь такая ничтожная случайность, вы даже представить себе не можете, как вам повезло!

ЛУКА (свирепеет). Мне повезло? Сволочь! (Хватает Идиота за грудки.) Мне повезло! А им? Им повезло еще больше?! Я нищий! Больной! У меня геморрой во всю жопу! Меня девушки не любят! Повезло! Как дам в твою идиотскую харю!! Ненавижу.

ИДИОТ (не вырываясь). Повезло. Убивай - но не отступлюсь. И пока рот не забили глиной, из него раздаваться будет лишь благодарность!

ТАТАРИН. Грех это - судьбу хулить. У всех своя дорога. У всех свой смысл в жизни.

БУБНОВ. Нет в этой жизни никакого смысла. Нас было несколько миллионов, а реализовался лишь я один. Повезло, прав Идиот.

ЛУКА. Кого это - вас?

БУБНОВ. Сперматозоидов.

ТАТАРИН. Слушай, красиво говоришь. Вижу, ветеринарный кончил?

ЛУКА. И кому ты нужен, такой реализованный?

БУБНОВ. Никому. Даже себе. Но в этом-то и есть смысл, что нет никакого смысла в моем существовании!

ИДИОТ. Вот! Он понимает!

БУБНОВ (Луке). Ты можешь жить без смысла в жизни?

ЛУКА. Не могу! Пробовал. Не могу!

БУБНОВ. Эрго - тогда не живи!

АКТЕР. Это трудно - не жить! Я два раза пробовал═- не получается.

БУБНОВ (торжествующе). Вот - не можете не жить! Сами нашли ответ! Не можешь - не живи. Не получается! Не можете не жить. Вот он - смысл: жить надо! Надо!! Надо!!! (Бьет Луку, тот падает.) Теперь понял?!

ЛУКА (лежа). Понял. Теперь понял. Дальше объяснять будешь?

БУБНОВ (помогает Луке встать). Извини, сорвалось... Вижу - не доходит... Ну, вдарь меня... По левой... (Лука бьет.) А теперь по правой... Спасибо, брат...

ТАТАРИН. Сразу вижу, христиане. Ваш Новый Завет. Вот у нас - око за око, зубы за зубы.

ЛУКА. То-то вы все в глазниках да в стоматологах.

АКТЕР. Выпьем за обретенный смысл жизни без всякого смысла!

БУБНОВ. И только так!

Все выпивают. Входит Клещ.

КЛЕЩ. Без меня, суки, пьете? (Уходит.)

ИДИОТ. Вот, Клещ, обрел некий смысл и сразу стал несчастным. Барон, спускайтесь к нам!

АКТЕР. Барон, стойте! Ваше здоровье, Барон!

Дергает за веревочку, Барон приветственно машет рукой.

ТАТАРИН (Барону). Отдай клад, старый! Поминки сделаем!

ЗОБ. Хоть бы намекнул, педерас, куда деньги спрятал.

БУБНОВ. Он ждет. Богатство, сберегаемое владетелем его, во вред ему.

TАТАРИН. Если вы все тут такие умные, почему тогда все такие бедные?

АКТЕР (ревет). Лучше лежать на дне...

БУБНОВ (Татарину). А ты чего тогда здесь?

TАТАРИН. Мине тут интересно.

ЛУКА. А мы тут живем.

ИДИОТ. Это формальной подход, но он и есть единственно правильный. Содержания, то бишь смысла, действительно никакого нет. Но форма есть. Она лишь и реальна! Я существую в виде идиота, вы - в виде татарина...

ТАТАРИН. Тат я! Тат. Разница есть!

БУБНОВ. Есть разница - один гребет, другой дразнится.

ЛУКА. А бутылка существует в виде бутылки! А водка═- в виде водки! И у любой бутылки есть дно! (Стучит бутылкой по столу.) И у общества есть дно! Вот оно! (Стучит бутылкой.) И не бывает бутылки без дна, а общества без бутылки!

ИДИОТ. Я счастлив! Господи, как все реже приходят эти минуты. Барон! Господа! Он тоже, по-моему, счастлив!

Барон приветливо машет рукой. Входит Настя, она в истерике. Настя начинает крушить мебель в кухне. Все оторопело смотрят на нее. Зоб кидается к Насте, обхватывает ее сзади и держит.

НАСТЯ. (Зобу). Отпусти! Ну, дрянь! Отпусти! Кому...

БУБНОВ. Отпусти ее.

Зоб отпускает Настю. Бубнов гладит ее по лицу.

Ну что ты? Успокойся. Все прошло.

Настя с плачем бросается на грудь Бубнову.

Все будет прекрасно.

ИДИОТ. Настя! Что случилось?! Где этот мерзавец? Я набью ему морду!!

БУБНОВ. Не будь идиотом, Идиот! Дай успокоиться. Выпей, Настя. (Поит Настю водкой.)

ЛУКА. Выпьем за любовь, дьяволы. "Чем возлюбленный твой лучше других возлюбленных, прекраснейшая из женщин?"

АКТЕР. Странная эта штука. Веришь в нее - ее нет и не будет. А не веришь - как врежет из-за угла!

ЛУКА. Вроде радикулита - щелк! И ты уже прямой, как столбик.

TАТАРИН (Насте). Дашь потом телефон Зобу. Зоб разберется.

ЗОБ. Ну.

ИДИОТ. Настенька. Как вы прекрасны. Только не плачьте. Я не могу видеть женские слезы. Ведь ничего же не было? Скажите честно, что у вас с ним было?!

БУБНОВ. Отстань.

НАСТЯ. Уе... какое-то, а не мужик. Вы бы его только видели. Дебил. А рубашка какая. А запах от него, что от этой курицы. И сразу тереться стал. При всех.

БУБНОВ. Бывает. Истосковался по женской ласке. Выпей, пройдет.

НАСТЯ. Давайте, мальчики, за вас выпьем. Вы у меня самые лучшие. Такие родные. Я вас всех люблю. Извините, если что не так говорила. Извините меня, Лев Николаевич! (Целует Идиота.) Дадите мне потом ваши работы почитать?

ИДИОТ. А-аа...

БУБНОВ (Идиоту). А ты боялся! Пиши докторскую, идиот!

ИДИОТ. Ведь я уже с утра был счастлив, не догадываясь, почему! Господи... (Плачет от полноты чувств.)

Вбегает Сатин.

САТИН (ходит). О. О-о! Ну-ка! (Выхватывает стакан у Актера, вливает в себя водку.) Уф. Все здесь? Всех сюда. Всех сюда! Уже идут! Идут уже! Человек двадцать. Пять французов, два немца и один этот, ну как его? Ну?

ИДИОТ. Англичанин?

САТИН. Да нет же! Ну эти там еще прыгают! (Показывает.)

БУБНОВ. Кенгуру?

САТИН. Точно! Австралиец. Господи! Идут. Все готовы? (Выхватывает стакан у Луки, выпивает.) Дайте куснуть что-нибудь! Ну даст мне хоть кто-нибудь закусить?!

Настя протягивает ему хлеб.

АКТЕР. Успокойся! Не в первый раз... Ну идут...

САТИН. Так. Барон здесь. Интерьер - все хорошо. Настя, оденься похуже.

ИДИОТ. Лука. Эти двое. Где Клещ? Где Анна? Всех сюда! Алешка! Алешка! Твою мать!

Все на несколько секунд разбежались за остальными, затем собираются на кухне, за исключением Пепла и Наташки.

АКТЕР. Все.

САТИН. Где Пепел? Где девушка? Так, Барон здесь, молодец.

АННА. Они репетируют. Сейчас сбегаю! (Бежит наверх и начинает стучать.)

САТИН. Через двадцать минут - премьера! Господи, пронеси. Все готовы?

ВСЕ. Готовы.

САТИН. Алешка. Песню.

Алешка играет начальные такты "Солнце всходит".

Отлично. Главное всем - побольше импровизации. Вы здесь живете. Здесь ваша родина. Здесь вам покойно и хорошо. Ничего лучшего вы не знаете и не хотите знать. Каждый берет на себя по человеку, лучше по два, и общаетесь с ними на троих. 3акусываете. Татарин, водки хватит?

ТАТАРИН. Обижаешь, дорогой. Здоровья бы хватило.

САТИН. Клещ, перестань долбать! Успокойся. Потом найдем. Так, у нас есть десять минут. Быстро пройдем финал. Актер вешается. Где Актер? Где Актер, мать вашу?!

Прячущегося Актера выталкивают на середину.

САТИН. Начинай. Ну? Кому сказал?!

АКТЕР. Может, не надо?

САТИН. Что я слышу? Театр начинается с вешалки! Вешайся, сволочь! Все. Да ты что? Боишься? Трус! Не задерживай! Водка стынет!

АКТЕР (падает на колени). Братцы! Боюсь! Чувствую, что Бог троицу любит!

КЛЕЩ. Да не бзди ты! Смотри, какая страховка! Я в цеху на спор весь обед провисел. Табельщица в обморок гребнулась, когда меня увидела. С босыми ногами.

САТИН. Помогите ему. Человек нервничает. Подставьте табуретку.

Медведев, Зоб и Идиот хлопочут вокруг Актера, помогают Клещу одеть ему страховку, опускают лонжу, одевают петлю.

АКТЕР. Туговато, братцы.

КЛЕЩ. Вовсе не туго. Не бзди горохом. Поехали.

САТИН. Только сам. Ну! Шаг вперед! Кому сказал!

АКТЕР. Боюсь.

КВАШНЯ. Трус! Паша, помоги ему!

Медведев, крякнув, выбивает табуретку из-под ног Актера. Клещ и Идиот быстро добирают лонжу. Актер повисает высоко в воздухе и, судя по всему, вешается по-настоящему. Лицо его багровеет, а руки цепляются за петлю.

САТИН. Вот теперь верю! Спускайте его.

КЛЕЩ. Заело!

ИДИОТ. Страховка лопнула! Умрет же!

КВАШНЯ. А-а-а-а! Убили! Убили!

Женщины начинают визжать. Барон рукой указывает на крюк от люстры, на котором и повешен Актер.

САТИН. За ноги держи его! Держите за ноги!!!

Мужики беспорядочно хватают Актера за ноги, виснут у него на ногах, раскачивая веревку. Актер отбивается от реальной смерти, хрипит из последних сил. Женщины визжат, Анна колотит косой в дверь к Пеплу.

Лепнина вокруг крюка трещит и вместе с Актером и крюком валится вниз. Из образовавшейся дыры выпадает по частям второй клад Барона, летит пыль и куски штукатурки. Падают вниз кокошники с жемчугами, какие-то предметы, драгоценности. Все разбирают клад. Идиот одевает себе на голову корону, женщины кокошники. Татарин и Зоб находят себе кинжалы, очень идущие к их парадным черкесам с газырями. Актер, пошатываясь, стоит с петлей на шее. Из прихожей раздаются первые аплодисменты.

САТИН. Алешка, музыку!!

Алешка играет, все поют "Солнце всходит и заходит..." Татарин и Зоб танцуют лезгинку, на балконе полуобнаженные Пепел и Наташа танцуют танго смерти, за ними неотступно притопывает Анна с косой. Аплодисменты, вспышки фотоаппаратов.

Барон (хрипло). Эй, вы! Иди... идите сюда! На пустыре... там... Актер удавился!

Молчание. Все смотрят на Барона, тихо передвигаются. Наверху стоят две пары - Барон со смертью и Пепел с Наташей. Внизу Идиот с короной на голове и двуглавой курицей в руках, рядом Настя в кокошнике. Они в центре немой картины.

САТИН (громко и радостно). Эх... испортил песню... дурак...!!!

Аплодисменты, возгласы "Браво!", "Вундербар!!", "Вэри найс!", вспышки фотоаппаратов, на кухню из прихожей летят цветы.

Занавес.